?

Log in

Как · объяснять · картины · мертвому · зайцу

Свежие записи · Архив · Друзья · Личная информация

* * *
Мы открыли электромагазин для торговли электрокнижками.



При магазине существует спецпроект Чашка Фрая для незнакомца, где, в зависимости от вашей текущей финансовой ситуации можно или оплатить электрокнижку для нуждающегося в ней незнакомца, или бесплатно получить книжку, оплаченную для вас неизвестным далёким другом.

ВНИМАНИЕ!
Если у вас возникли какие-то технические проблемы или вопросы, связанные с работой сайта maxfreibooks.net, вы всегда можете получить помощь, обратившись по адресу freigeist.publishing [at] gmail.com.



***

Если вышло так, что вы давным-давно бесплатно накачали моих элеткрокнижек, а теперь испытываете по этому поводу некоторую неловкость, это можно исправить, купив Чашку Фрая для незнакомца. Очень удобный формат.

Ну или PayPal для namtataram [at] gmail.com

Или Яндекс-деньги для абонента 410011485212601

Еще вариант: Круги. У них там, как я понимаю, много вариантов систем оплаты.

Если все перечисленные способы вам по каким-то причинам не подходят, оглянитесь по сторонам и сделайте соответствующий подарок любому, кто в нем нуждается, в любой приемлемой для вас обоих форме. Или взнос в благотворительный проект, которому доверяете. Держа при этом в уме, что расплачиваетесь со мной. Это тоже хороший вариант, реальность от реализации его явно улучшится, а нам того и надо.


Книжки на kroogi.com:


Макс Фрай

***

Тут книжка фотографий про Венецию:



А тут книжка некоторых избранных фотографий автора и персонажа Энциклопедии мифов

Книжки там можно просто смотреть, а можно покупать, если хочется. В бумажном виде они, честно говоря, вообще смерть всему живому. Мне с продажи каждого экземпляра идет 5 евро.
* * *
Фильм Трюкач (старый, 80-го года, с Питером О'Тулом) в своё время произвёл на меня грандиозное впечатление. Объясняя это, я обычно говорю: штука в том, что фильм - идеальная иллюстрация того, что искусство должно делать со зрителем (читателем, слушателем, неважно).

Но на самом деле, даже не так. Фильм "Трюкач" - дошло до меня вот буквально сейчас - о том, что процесс творчества (извинити, што ж я могу поделать, если добрую половину нужных слов залапали неотмытыми от пироженок руками) делает с художником. То есть, при таком раскладе главный герой - художник. А Питер О'Тул - обрушившийся на него дух. И всё вот это вот, что творится с главным героем - просто жизнь настоящего (в смысле, всерьёз влипшего в эту смертельную игру) художника. Нормальный такой, среднестатистический творческий (извинити) путь.
Кто "Трюкача" видел (если его вообще хоть кто-нибудь видел) - скажите же, точно же, вот идеальная иллюстрация, а!

А кто не видел, вполне имеет смысл посмотреть. Хорошее кино, хоть и старое (или наоборот, именно потому). Даже если все мои рассуждения про художника вам до фени, там такая музыка, такая музыка. И такой Питер О'Тул.
* * *
* * *
Несколько лет назад, когда в городе внезапно появились белые акации, и все конечно сразу вспомнили, что они были всегда, у меня не возникло никаких возражений. Белых акаций мне тут не хватало, я их люблю.

Несколько дней назад таксист, проезжая мимо стадиона Žalgiris, сообщил, что в годы его детства на месте стадиона была воинская часть, за забором которой росла черешня. И они с друзьями эту черешню воровали, а караульный грозил им ружьём.
Ладно, - думаю, - черешня, так черешня. В воинской части, ладно, пусть.
В ответ на мою индейскую невозмутимость таксист почесал в затылке и добавил, что во дворе дома его друга детства, который жил с семьёй в Жверинасе, росли персики. И отец друга, заслуженный хирург, разрешал им эти персики рвать, при условии, что не сломают деревья.
ЧЕЕЕГООО?
Персики, да. Мне не послышалось. Персики. Не, ну а чо.

Сегодня, светлой северной летней ночью, наступившей сразу после почти двадцатичасового знойного дня, на улице Вильняус меня посетило смутное подозрение, граничащее с почти полной уверенностью, что ещё несколько лет спустя на улице Вильняус появятся пальмы. И все, конечно, сразу вспомнят, что пальмы тут росли всегда. Ну а чо, юг он и на Балтике юг.

Так вот, дорогие сотрудники Виленского погодного отдела Небесной Канцелярии. Если пальмы, то тогда уже и море, это будет честно. Настоящее, то есть, видимое, а не вот это непостижимое и неопределённое, которое шумит и пахнет во тьме. Желательно Чёрное. Можно сделать у нас анклав Чёрного моря, я так считаю. Не следует мелочиться. Если уж всё можно, значит можно всё.
* * *
Так называемый возрастной консерватизм взглядов, который якобы сопутствует так называемой "зрелости", с точки зрения потустороннего наблюдателя, достигшего примерно того же самого так называемого зрелого возраста, выглядит так: я прожил говённую жизнь и скоро сдохну, чего и вам всем желаю.

Не слушайте консерваторов, дети. Они говорят, что это у них от возраста ум отрос, а на самом деле просто благоразумно начали помирать загодя, и теперь им страшно: а вдруг другие как-то выкрутятся? И заранее завидно.

Взрослых вообще надо слушать пореже. И только весёлых, которые ни черта не боятся (или хотя бы не всего и не всегда). Такие, есть шанс, действительно знают пару интересных секретов. Ну или просто психи, что тоже не самый плохой вариант.
* * *
* * *
Неведомый доброжелатель зачем-то оплатил мне жежешечку на два месяца.
Я, разумеется, могу в полной мере оценить этот бесконечно щедрый и великодушный дар. Когда мне было два года, меня научили говорить "спасибо" за любой подарок, включая конфету "батончик", чьи удивительные вкусовые качества мне удалось оценить много позже, когда мы закусывали портвейн одним "батончиком" на четверых; ладно, неважно. Важно, что о необходимости говорить "спасибо" за подарки я теоретически знаю. И иногда даже применяю эту теорию на практике.
Так вот, спасибо вам, уважаемый неизвестный доброжелатель.

Теперь, когда с формальностями покончено, я могу трижды топнуть левой пяткой о череп летучей мыши, превратиться в живого человека и попросить: пожалуйста, никогда больше так не делайте.
Потому что, во-первых, подарок, от которого технически невозможно отказаться, это уже немножко насилие и (не так уж немножко) вторжение в чужую частную жизнь.
Во-вторых, потому что надо больше доверять людям. И если вы видите, что у меня бесплатный аккаунт, совершенно не обязательно думать, что познать бесконечное счастье платного юзерства мне мешает чрезмерная экономность, или, скажем, неумение пользоваться электронными платёжными средствами. Вполне можно допустить, что я - разумный взрослый человек, способный на осознанные решения. И каковы бы ни были причины моего решения не оплачивать свой жж, их следует превентивно уважать, даже если они не представляются очевидными.
Есть ещё "в-третьих", "в-четвёртых", "в-пятых" и "в-шестых", подробно разъясняющие причины моей неприязни к нынешнему состоянию жж, но пока я пользуюсь этим ресурсом, считая поддержание текущего журнала несколько меньшим злом, чем полный отказ от него, высказывать все эти соображения было бы нечестно. Пользуюсь - значит, принимаю, хоть и с некоторыми неизбежными оговорками. Например, не оплачиваю свой аккаунт, хотя мысль о том, что незалогиненные читатели видят его заполненным рекламой, мне чрезвычайно неприятна. (Кстати, а залогиненным юзерам рекламу не показывают? Или её не показывают только мне? Расскажите пожалуйста, это довольно важный вопрос.)

Резюме:
- Ещё раз спасибо за подарок.
- Пожалуйста, больше никогда так не делайте.

УПД

Слушайте, а может быть кто-нибудь из вас знает, куда обратиться, чтобы отменить эту оплату? Только точно и конкретно, домыслов и идей мне своих хватает, да проверять недосуг.
* * *


Эта картинка называется "Каждое утро я Гагарин".

А, например, эта картинка называется "Ветер":



Автор обеих картинок - Рецца busconductor, ветер и Гагарин в одном лице. Которая, в частности, нарисовала обложки к большей части моих электрокнижек. Например.

Но важно сейчас не столько это, сколько то, что Рецца открыла магазин авторских принтов. Это означает, что все выставленные в галерее картинки можно купить и получить по почте - как я понимаю, в любой стране мире кроме Северной Кореи, Швамбрании и Китеж-града. В Шамбалу, насколько мне известно, их как раз вполне себе доставляют.

Ну, в общем. Чего я вас уговариваю. А то, можно подумать, без меня не понятно, что делать с этой информацией :)
* * *


(холст, масло солнцеворот, земляничная луна, iso стопиццот, zooooooooooooooooooooom)
* * *
* * *
Витамин эн означает "Нида", без неё организму никак, хоть на кладбищечко отправляйся и там самозакапывайся.

"Кладбищечко" это не дурная лингвистическая шутка, а дословный перевод, взаправдашнее место, которое мы вчера видели в Смилтене. Кладбище на две (прописью, Карл Фридрих, две!) могилки. Нас тоже было ровно две штуки, как раз! Но мы не убоялись зла, устроили пикник с видом на морской порт Клайпеды, а потом поехали дальше и приехали. И сделался витамин эн.

Бог шельму метит, поэтому я живу в комнате номер тринадцать, в таком месте, что если бы мы, к примеру, были в Москве, то вышло бы - в голубятне на мавзолее сами-знаете-что-за-мумии. Я имею в виду, настолько в центре Ниды. Мне теперь до местного кофеина идти минуту, а до автобусной станции вообще никуда не иди, а просто спуститься на простынях с балкона и сделать примерно полтора прыжка.

У меня в голове накопилось много разумных соображений на тему полной бессмысленности смысла бытия, но записывать их, балансируя ноутбуком на коленке, уложенной на другую коленку, когда вся эта конструкция сидит жопой на низком пластиковом стуле, довольно затруднительно, так что выдающимся умом нашего времени мне не бывать. Вернее, бывать, но тайно. Никто и не догадается!

Пойду в дюны, может, развеюсь там по ветру и совсем пропаду. В хорошем, самом лучшем, практически невообразимом каком-нибудь смысле.
* * *
Говорю же, бывших художников не бывает; в связи с этим вчера, когда мы сидели в храме Святого Иоанна, как бы на концерте органной музыки (очень странной, кстати, как если бы Бах писал музыку к сериалам), а на самом деле, спасаясь от ливня, который стоял стеной и казалось, будет стоять ею вечно, - так вот, когда мы сидели в храме Святого Иоанна, на меня набросилась чья-то чужая муза, видимо, тоже прятавшаяся там от дождя, и нарисовала перед внутренним взором картину (маслом): множество серебристо-серых рыб с отдельными розовыми вкраплениями тянутся из воды к небу под углом примерно 60 градусов (но не поручусь, у меня плохой глазомер). Картина называлась "Рыбы из аквариума в супермаркете молятся святому Иоанну о лёгкой смерти".
Я уже больше суток избавиться от неё не могу! Скажите автору, пусть забирает.

В остальном же, ночь культуры удалась, как никогда прежде, особенно гонги на площади Тибета, благословен будь каждый час каждой (включая прошлые) жизни человека, который по ним стучал, и цветущие липы; впрочем, липы щедры, одной ночью не ограничились, уже дней пять цветут, и явно не собираются сворачиваться. И молодцы.

Если когда я вырасту, мне удастся превратиться в город, я стану очень клёвым городом, буквально круче всех городов в мире, или почти. И буду всем говорить: "Просто у меня был очень хороший учитель, самый лучший, он мне показал, как надо и объяснил, почему надо именно так".
* * *
Нынче у нас ночькультуры, а это означает, что добрая половина населения будет шлендрать по городу, а недобрая создавать зрелища, ради которых добрая собственно шлендрает.
Духи города выступили первыми - с перформансом "летающие стулья на площади Европы" - такой был ураган. Чуть позже обещают грозу с ливнем. Лично я в восторге, но я вообще люблю экспрессионизм.
Это я к чему. Бывших художников не бывает, мало ли кто там дух.
* * *
Из новостей самая важная, что у меня теперь есть страшный Палец, в смысле, флешка в виде отрубленного пальца. Возможно, это младенец Вещи, со временем оно вырастет в целую руку. А может так и останется, поглядим. Во всяком случае, палец отлично торчит - что из компьютера, что из магнитолы. Ещё его можно носить в кармане и как бы нечаянно вынимать вместе с мелочью, на радость кофеиновским мальчикам и пожилым продавщицам мороженого. Подобные глупости почему-то неизменно приводят меня в восторг.
На флешке у меня 27 избранных - песенок? мелодий? - в общем, 27 избранных музык, жизненно необходимых вотпрямвсегда. Даже мне кажется удивительным этот набор. Даже мне! Возможно, я к ним ещё что-то буду добавлять, но пока кажется, достаточно, чтобы слушать в режиме random (предсказеумость меня убивает, зато непредсказуемость, даже такая мизерная, несказанно бодрит). Вчера во время довольно короткой поездки мне три (ТРИ!) раза подряд выпал саундртек к "Шерлоку". Сериал уже не то что смотреть, вспоминать не могу, а музыку люблю всё больше, мне кажется, она в точности такая же, как я, в смысле, воздействует на реальность так же, как я своими делами и просто присутствием. Чего только не бывает, йолки. Как же всё интересно устроено в этой западне, из которой нам всем предстоит выбираться, какой роскошный нам достался квест, хотя реалистичность временами конечно зашкаливает, но для квеста это скорее достоинство, чем недостаток, да?

Ещё за окном прямвотщас поднимается буря, а мне обязательно надо на почту, того гляди, унесёт ураганом в страну Оз без всякого домика. Если всё и правда так отлично сложится, прощайте, люди земли.

UPD

Не унесло! Так что, люди земли, здравствуйте.
* * *
* * *
* * *
* * *


Пришёл июнь, и мы вернули в электромагазин новую книжку 'Я иду искать'. Как и обещали.

Проблемы с робокассой, как я понимаю, продолжаются, поэтому лучший способ оплаты - Paypal, платить через который можно не только имея там счёт, но и просто воспользовавшись своей банковской картой.

Второй, сложный способ заплатить за книжку и другие душераздирающие подробности тут. Коммерсанты мы конечно всем на зависть! Гении электропродаж, чо уж :)
* * *
* * *
В Риге, в Центре Современного искусства на бульваре Райниса (Raiņa bulvāris 7) идёт выставка иллюстраций Сальвадора Дали к "Божественной комедии" Данте. Мы вполне могли бы пройти мимо яркого плаката, но нас подманил изысканными позами полосатый примузейный кот, к тому же, начинался дождь, а у Центра Современного искусства есть крыша, поэтому мы зашли. А там, а там! Вот прям на стенки оригиналы повесили и показывают. Сказать, что это круто - не сказать ничего, от слова ВАЩЕ.
До вчерашнего дня мне казалось, будто я не люблю художника Сальвадора Дали. Выяснилось, что это не так.

Такое впечатление, что иллюстрации эти рисовал не один, пусть даже великий художник, а примерно полдюжины. Из которых двое точно гении, а остальные - ну тоже хорошие. Очень лёгкий, счастливый, как будто на одном выдохе сделанный иллюстраторский марафон. И у меня теперь натурально праздник, потому что одним крутым художником в мире стало больше (в моём восприятии, кроме которого у меня ничего нет).

Самое смешное (и прекрасное, конечно), что "ад" у Дали местами скучноват. О "чистилище" так уже не скажешь, а "рай" - вообще безупречен. Сальвадор Дали, как выяснилось, идеальный иллюстратор рая. Такой специальный художник про рай. Крупный специалист по сотворению ангелов; мне даже пришлось купить магнит с репродукцией его "Сотворения ангелов", просто для памяти: вдруг однажды понадобится сотворить ангела, а у меня все ходы записаны, и пошаговая инструкция - хорошо!

Одна из самых гениальных работ - встреча Данте и Беатриче. На картинке два как бы небрежно нарисованных силуэта, в синем и в красном. Обнялись крепко-крепко, но в то же время ясно (видно!) что между ними пропасть, что эти двое сотканы из разных материй, и вместе им не быть. Изумление, граничащее с офонарением, вот что это такое.

Выставка, как сказали нам, будет висеть весь июнь. Работает Рижский ЦСИ ежедневно, как минимум, до 8 вечера. Ну, то есть, нам в воскресенье вечером сказали, чтобы мы не торопились, есть время аж до восьми. У кого есть возможность в течение июня добраться до Риги, сделайте это. Вот прям надо-надо. Честно. Не вру.

Гуглопоиск, конечно, выдаёт дофига картинок по запросу "Иллюстрации Дали к Божественной комедии, но, положа руку на сердце, репродукции в интернетиках это даже не жалкое подобие левой руки, а чёрт знает что.
* * *
* * *
Консерватизм (конформизм, традиционализм; ай, ладно, много чести все головы этой гидры по именам величать), который с каких-то хренов считается чуть ли не основным признаком зрелости, на самом деле просто признак упадка сил. Собственно именно с этих хренов он признаком зрелости и считается: закончились дармовые юношеские гормоны, человек ослаб, организм перешёл в режим экономии энергии, а уважать себя человеку хочется, поэтому к режиму экономии энергии подшиваются оправдывающие его так называемые "убеждения", фсё.

Агрессивная реакция так называемого консерватора (на самом деле, просто человека, чей организм работает в эконом-режиме) на всё, выходящее за рамки его так называемых убеждений (чрезвычайно ценных с точки зрения его ума, которому приходится постоянно оправдывать это нелепое прозябание) - обычная неосознаваемая зависть. Не к чужому образу жизни как таковому, а просто к наличию сравнительно большого количества энергии, позволяющей делать все эти мизерные шаги влево-вправо; опять же - фсё.

Всё это яйца выеденного не стоило бы, если бы не тот прекрасный, в сущности, но одновременно налагающий на нас огромную ответственность факт, что пока человек жив, ничего не закончено. Жизненная сила только в юности даётся даром, без нашего участия, однако это не означает, что её нельзя пополнять. Можно. Трудно, но ещё как можно. Когда её становится достаточно много, эконом-режим бытия становится не нужен. И убеждения, позволяющие его оправдывать, тоже становятся не нужны. И тогда есть шанс начать жить. Он мизерный, честно говоря, этот шанс. Но есть - всегда. И у каждого. Хочет он того или нет.

Жизнь, будем честны, гораздо трудней существования. Особенно с непривычки. Настолько трудней, что поневоле задаёшься вопросом: а нафига вообще надрываться? И мы - сюрприз, сюрприз! - знаем ответ на этот вопрос. Штука в том, что развитие - обязанность. А стагнация - должностное преступление, за которое взашей выгоняют с важной, хорошо оплачиваемой (небесным огнём, например) должности "человек".
Ну и фсё.
* * *
Правило, выведенное из наблюдений над живой природой: всегда надо искать что-нибудь новое для любви.
(Гусары, молчать. "Что-нибудь" не тождественно "кого-нибудь". Хотя как частный случай, вполне может иметь место. Но и тогда совершенно не обязательно означает, что мы хотим с этим трахаться. Хотя вполне может иметь место и такой поворот - опять же, как частный случай. Один из сотни тысяч, например.)

Это не означает, что следует отказываться от старых любовей (к людям, зверям, занятиям, искусствам и т.п.). Это означает, что следует постоянно растить своё сердце, чтобы в него помещалось всё больше и больше новых объектов любви.

"Любовью" называют множество очень разных состояний, зачастую не имеющих вообще ничего общего. Поэтому говорить о любви - занятие неблагодарное, каждый слушатель (читатель) тут же подставляет своё индивидуальное представление о любви, и в большинстве случаев получается полная чушь. Поэтому поясняю: в данном случае я говорю о состоянии сознания, в которое мы приходим, сталкиваясь с объектами и явлениями, выбивающими из нас искры. Разжигающими внутренний огонь, чьё горение становится причиной так называемого внутреннего подъёма (вдохновения; ай, да как ни назови).
Человек, к сожалению, устроен так, что быстро ко всему привыкает. Поэтому нам нужны всё новые и новые высекатели искр. Подойдёт что угодно, лишь бы искры летели. Потому что внутренний огонь - это и есть жизнь. Когда он не горит, мы не живём, а существуем. По инерции. Какое-то время. Все вот эти так называемые "возрастные проблемы", которыми запугивают друг друга обыватели - следствие угасания внутреннего огня, который можно разжечь любовью. Ну или медикаментозно, но это, мягко говоря, не очень годный вариант.

Чем дольше живёт человек, тем важнее для него ежедневно преодолевать собственную инертность и отправляться в мир на поиски новой любви. В какой-то момент, мне кажется, постоянно обновляющаяся любовь к новым объектам становится основным источником жизненной силы. Если не вообще единственным.
* * *
Маленькая (уже смешно) Белая Кошка любит жрать свежее мясо. И регулярно воротит морду от корма в пачках, который, как утверждают специалисты, содержит много необходимых для кошачьего организма веществ. В итоге мы регулярно чувствуем себя злобными родителями, впаривающими ребёнку якобы полезный аццкий-суп-из-ада-с-варёными-овощами. И говорим противными елейными голосами: "Тут много витаминов, детка".

Только что наглая белая морда в очередной раз отвернулась от миски с кормом. "Ну ты чо, мать, - говорю я в сердцах, - совсем спятила? Это же дорогой элитный корм для супер-породистых котиков".
И что бы вы думали. Сожрала молниеносно, теперь, судя по доносящемуся до меня бряканью, так тщательно вылизывает миску, что та скачет по полу.

(То ли дело Котовская, котёнок, истинный эгалитарист и сторонник дробного питания. Она с энтузиазмом набрасывается на любую еду, отъедает маленький кусочек и с воплями убегает прятаться под диваном. Видимо, опасается, что если не спрятаться, лишняя еда сама впрыгнет ей в рот и проглотится. Как такими методами она раскормилась до семи кило - загадка, способная свести с ума толпу диетологов.)

Тем временем, светает. В гробик и баиньки!
* * *
Некоторые френды время от времени публикуют в жж избранные записи из своих фейсбуков (спасибо им за это, интересно же, чего у них, и как). А у меня вместо фейсбука голова. Надо из неё своё "чего и как" публиковать.

+++

Многочисленные ограничения на высказывания, внутренние и общественные запреты на употребление определённых слов, именуемые в народе (в разных народах) "политкорректностью" порождены (конечно же) ксенофобией.
Пока цивилизованный (цивилизовавший себя усилием воли), то есть, усвоивший и принявший принципы терпимости к разнообразию человек в глубине души продолжает ощущать, что быть чернокожим, евреем, гомосексуалистом, женщиной "плохо", ему проще табуировать лексику, связанную с "нехорошими" качествами ("негр", "жид", "пидор", "баба"), чтобы, упаси боже, обладателей этих качеств не обидеть. "Мы разрешили вам быть такими", "мы запретили себе вас этим попрекать" - вот что за этим стоит.
(Может показаться, что я пренебрежительно отзываюсь о цивилизовавших себя усилием воли; это не так. Напротив, такое усилие - всегда духовный подвиг, преодоление ксенофобии в себе - борьба духа с инстинктом, одно из величайших человеческих дел.)
А когда в глубине души нет ничего кроме недоумения - а что в этом такого? какая разница, кто какого цвета, национальности и кого предпочитает на ужин любить? - слова это просто слова, части речи, подсобные рабочие коммуникации, от которых требуется точность и выразительность. И всё.
Всё вышесказанное банально и очевидно, но на этой почве возникает так много непонимания, что видимо надо эту банальность повторять и повторять.

+++

Очередное письмо в личку с предложением всё бросить, встретиться в городе с очередной читательницей и подписать ей книжку, в очередной раз разбудило во мне маньяка-убийцу; он съел мороженое и тут же снова заснул. А пока он ел мороженое, мне наконец удалось сформулировать, почему меня так бесят подобные невинные, в сущности, просьбы.
А вот почему.
Есть две формулы любви. "Я тебя люблю, поэтому сделай для меня то-то и то-то". И: "Я тебя люблю, давай я сделаю что-нибудь для тебя". Первая гибельна (для своего носителя), вторая - животворна (для носителя же). У объекта любви своя жизнь и своя ответственность, речь в данном случае не о нём.
Просто я, в сущности, очень трепетный заяц. Страшно сказать, хороший и добрый. И даже мой внутренний маньяк-убийца - вполне себе трепетный заяц. Особенно когда мороженого поест. Нам с ним очень не хочется свидетельствовать существование такого количества носителей гибельной концепции: "Я тебя люблю, поэтому сделай для меня". Потому что за каждым - выжженная земля, где нет места не только любви, но даже ведущей в её направлении тропы. Мы желаем свидетельствовать исключительно торжество жизни, побеждающей хватательный инстинкт.
От любви не ищут пользы, запомните это раз и навсегда. Если не понимаете, всё равно запомните, это пароль. Скажете его потом Святому Петру.

+++

Что же касается первого дня лета, мне удалось встретить его в лучших традициях: разбитой коленкой. И почему-то совершенно целыми ладонями, хотя упор при падении был на них. Впрочем, и на коленке почти незаметная ссадина. Похоже, за прошедшие почти полвека мне удалось поднять технику падения на асфальт до недосягаемых высот. Делайте по моему примеру! И кто не научится летать, научится небольно падать, - говорит вам самозваное Заратустрочко в моём лице :)
* * *
Отрада очей моих, свет френдленты моей, отличный фотограф iogannsb регулярно пишет у себя в журнале о фотографах, которых знает и любит. Кратко и ёмко, с крутыми подборками фото. Что особенно ценно в подобных случаях, выбор строг и (конечно же) субъективен, но диапазон предпочтений при этом очень широк. Уникальная, на самом деле, возможность очень много понять о современной фотографии: что это такое, о чём можно говорить её языком, как это делается и зачем, откуда мы пришли? Кто мы? Куда мы идём?
Спасибо ей за это.

А всем, кто хоть сколько-нибудь, хотя бы на уровне неравнодушного зрителя интересуется фотографией, сюда.
* * *
Когда мы увидели контрабасиста (дабл-басиста?) из Barcelona Gipsy balKan Orchestra, сразу стало ясно, что он - из семейки Аддамс. Подумали, какой-нибудь троюродный кузен, сбежал в детстве с цыганами. Ну вот сами посмотрите:



Однако несколько минут спустя поняли: нет, не троюродный кузен. А Вещь, действительно сбежавшая с цыганами и со временем отрастившая себе остальное тело, чтобы играть им на контрабасе, пить в него водку и делать другие приятные и полезные дела, с которыми одной рукой не справишься.

Досье (обширное)Свернуть )

Ловкие барселонские цыгане даже справили Вещи документы на имя сербского гражданина Ивана Ковачевича (если не путаю). Но нас не проведёшь!
Беда в том, что не только нас. Мортицию Аддамс не проведёшь тоже. В толпе, собравшейся во дворе Вильнюсской Технической библиотеки нами был замечен частный детектив, нанятый Мортицией для поиска беглеца. Вернее, была замечена. Но что это меняет.



На этом своё расследование мы считаем законченным и с лёгким сердцем отправляем дело в архив.
* * *
- Все прогнозы погоды обещали грозу. И где она, эта гроза?
- Видимо, пока наши местные духи погоды расслабляются на какой-нибудь лужайке, обложившись корзинами для пикников, кто-то из ближайших соседей, например, белорусские заклинатели дождя переманили к себе нашу грозу, посулив ей... что там такого хорошего есть в Белоруссии? А, вроде бельё оттуда все везут. Ну вот, белорусы переманили нашу грозу, посулив ей целый воз кружевных трусов.
- На самом деле, белорусское бельё покупать не надо. Там ужасная фурнитура. Ткань хорошая, а фурнитура никуда не годится. И ещё синтетические кружева в сочетании с хлопком...
Вдалеке раздаётся грохот. На землю падают первые тяжёлые капли; несколько минут спустя, начинается сильный дождь, организованный столь поспешно, что даже солнце тучами закрыть не успели, и оно продолжает ослепительно сиять. Грохот раздаётся снова, теперь уже прямо над нашими головами.
- Вы вообще понимаете, что вы сделали?
- Что?
- Вы вернули обратно нашу грозу. Как только гроза узнала про ужасную фурнитуру и синтетические кружева, она гневно швырнула белорусские трусы в лицо заказчикам и вернулась домой.

Вот так теперь следует договариваться с погодой. А не в бубны консервативно стучать :)
* * *
У входа в кофеин на Вильняус теперь стоит пианино; в среду на нём играл мужик в розовой футболке. И так играл, что нельзя о нём забывать.

Сегодня на Ратушной площади танцевали какие-то безумные монголы в голубых костюмах, с белыми цветами на шапках, с бубнами и барабанами, с лентами на палках, примерно как у художественных гимнасток, но при первом же взмахе стало ясно, что лента на палке символизирует хлыст.
(Стоило мне вчера вспомнить прекрасных монголов моего детства, посла и его жену, которые жили по соседству и ходили в национальных костюмах, стоило мне сказать, что с тех пор нет для меня на земле людей, прекрасней монголов, и вот уже сегодня эти плясуны на Ратушной, город сунул их мне натурально как соску младенцу - на уже, только не ной. И я, конечно, больше не ною.)

Начинает расцветать белая акация - например, неподалёку от центрального входа в Ужупис, там, где улица Ишганитойо упирается в Майронё. Белая акация в Вильнюсе - это тоже своего рода мой монгол. Несколько лет мне её тут не хватало; местные жители укоризненно качали головами: да где ж мы тебе белую акацию возьмём? Чай не юг, довольствуйся жёлтой. И вдруг, лет пять, что ли, назад в городе появились белые акации. Не новые насаждения, а старые, высокие деревья, стоит на них взглянуть, и сразу понимаешь: они росли тут всегда. Как и положено на юге.

Зато небо у нас по ночам светлое и прозрачное, как и положено на севере. Об этом захочешь, не забудешь: вот же оно за окном, прямо сейчас и всегда. Но всё равно запишу.
* * *


Потом ещё покажу (и расскажу, если руки дойдут).
* * *
ОЛОТ ТОРА - КАПЛИ ДЛЯ ПОТЕНЦИИ" - пишут мне неведомые мастера маркетинга и рекламы.

Вот оно как.

* * *
Вот такую красоту сейчас собирают в издательстве, натурально последние пуговицы пришивают, в формате tif, или какие там нынче требования полиграфии, я не знаю (я - агностик).
Выйдет красота, говорят, буквально через месяц. Не могу удержаться и не показать заранее, потому что мне прислали картинки, не желаю в одиночку погибать!



Вот с такой примерно обложкой (на обложке ещё должно появиться название: "Авиамодельный кружок при школе номер шесть") и имена авторов (Наталия Рецца, Юлия Ткачева, Александра Зволинская, Татьяна Замировская, Константин Наумов, Анна Лихтикман, Екатерина Перченкова, Ася Датнова, Александр Шуйский, Нина Хеймец, Мария Станкевич, Марина Воробьёва, Лора Белоиван, Илья Данишевский, Вера Кузмицкая, Сап Са Дэ, Макс Фрай).

То есть, это будет сборник рассказов разных авторов, как "Про котиков", только не про котиков. А про - что может быть важнее почти так же важно, как котики? - совершенно верно, торжество деперсонализации, все вот эти драгоценные пограничные состояния между памятью и забвением, осознанием и страхом, жизнью и смертью, неведомые территории, откуда мы, храбрые лётчики, настоящие бойсы, иногда возвращаемся не просто живыми, а с добычей. А иногда не возвращаемся.

Вот такие у нас будут форзацы:






Название "Авиамодельный кружок при школе номер шесть" придумал (не специально для сборника, а просто как фразу, вернее, тему для одной из наших игр) Константин Наумов ( kostik) и разрешил использовать как название сборника рассказов. Спасибо за это ему.

Художника Марину Алеф из (если не ошибаюсь) Екатеринбурга нашёл издатель Илья Данишевский; благодаря её иллюстрациям, книжка будет ровно настолько странной, насколько в данном случае требуется.

Кое-что могу показать прямо сейчасСвернуть )

И чтобы два раза не вставать.
До меня, разумеется, периодически доходят слухи, будто все мои проекты придумываются жадным издателем, моё имя ставится на обложку ради страшенных (уже смешно) продаж, а я покорно всё это терплю - не то из страха потерять работу, не то просто из алчности, сжимая в потных ладошках нечестно заработанные серебренники. Ну или, не знаю даже, сами придумайте, почему.

Я, конечно, понимаю, как приятно некоторым простодушным читателям считать любимого автора беспомощным, трусливым, жалким и жадным существом. Но от некоторых простых удовольствий следует сознательно отказываться в пользу других, более продуктивных состояний сознания. Таковы суровые требования эволюции.

Ну, в общем. Все проекты, подписанные моим именем, действительно мои. Так было с "Амфорой", так есть сейчас. Меня не пытают, не шантажируют и не сулят миллионы за согласие публично соврать. А просто иногда соглашаются воплотить в жизнь какой-нибудь из проектов. За что моим издателям большое спасибо. Могли бы и в пень послать.
Мир, увы, не настолько жесток и циничен, как многим (бессознательно) хотелось бы. Вполне можно иметь с ним дело, особенно если быть человеком, который ни черта не боится. Человеком, которому можно (и нужно) заплатить за хорошо сделанную работу, но при этом нельзя купить.
Единственный компромисс, на который мне приходится идти, это размеры имени составителя на обложках наших сборников. Мне бы хотелось, чтобы его писали помельче, а имена авторов, напротив, покрупнее. Однако пока не получается добиться своего. Эта жертва приносится кровавым богам маркетинга, в смысле, книготорговым сетям. Мне это не нравится, но всё-таки не до такой степени, чтобы лечь пластом и ничего не делать. Но именно по этому пункту совесть моя спокойна не вполне.

Я подозреваю, что постоянным читателям моего журнала всё это объяснять не нужно, они и сами всё прекрасно понимают. Однако всё равно надо время от времени говорить правду и пресекать отвратительные, гнусные слухи, беда с которыми вовсе не в том, что они портят мою репутацию (вот уж на что плевать), а в том, что они портят картину мира в целом. А значит, и саму реальность, которая есть сумма представлений о ней.
* * *
Вкратце: всё получилось.

Что именно у нас получилось, это отдельный вопрос. Ответ на него очень просто знать и почти невозможно пересказать словами. Но когда это меня останавливало.

Город наш отличается от остальных известных мне городов числом дырок-в-небе и их размерами. Это делает его по-настоящему пограничным городом на перекрёстке того, что с нашей человеческой точки зрения есть, и того, чего (всё с той же нашей, человеческой, чрезвычайно ограниченной точки зрения) нет. А так-то конечно есть, чего ж ему не быть.

Дырка-в-небе - это, если называть вещи своими именами (а мне надоело ходить вокруг да около), возможность взаимодействия человеческого мира с другими. Именно взаимодействия, а не просто соприкосновения, соприкосновение - дело житейское, оно есть всегда и везде, дело только в степени восприимчивости наблюдателя и его умении не скрывать от себя полученную информацию. А взаимодействие всё-таки более-менее редкость и огромная ценность, опыт, привносящий в жизнь отменяющий саму возможность небытия смысл.

Так вот, что касается виленских дырок-в-небе. Та, что обычно проделывается в ходе ежегодного драмтугезера, иными словами, суровой барабанной бойни на площади возле торгового центра Гедимино 9 (каждый год в мае мы с друзьями ходим проделывать дырку в небе, Карл) - не единственная, конечно, но одна из самых больших и важных.

Когда (лет, наверное, шесть назад) мне довелось впервые попасть на Drum2gether, просто из любопытства, никаких особых ожиданий у меня не было, мне сразу, максимум через десять минут стало ясно, что тут происходит, и зачем это всё.
Главным по дырке-в-небе тогда был Томас. Это сразу бросалось в глаза. Потому что он не только стучал в барабан, но и проделывал время от времени некоторые видимые невооружённым глазом действия: воздевал руки к небу и тянул из него всякое, и это всякое обрушивалось на всех, кто стоял на площади и даже просто проходил мимо, а дырка-в-небе от этого безобразия, конечно же, расширялась до таких размеров, что её потом надолго хватало. Собственно, на весь год, ещё и с запасом.
Мне довольно много про наш город стало понятно тогда. Гораздо больше, чем за несколько лет постоянного проживания здесь. Потому что некоторые процессы недостаточно просто чувствовать, надо принимать в них деятельное участие. Вместе с ними происходить.

Потом Томаса убили, и в прошлом году Drum2gether был как бы без него. Но на самом деле, конечно, с ним, просто он играл на другой стороне. И такой бездны, какая открылась над нашими головами в тот вечер, мне ещё над человеческим городом видеть не доводилось.

А в этом году был совсем другой сюжет. Под девизом "сами, теперь всё сами".
Нынешний Drum2gether - это такая история про триста спартанцев, или даже про Мальчиша Кибальчиша сотоварищи, которые не просто встали и стояли насмерть, но, вопреки логике повествования, дождались таки подкрепления, а потом вдруг выяснилось, что персы, буржуины и прочие фашисты вообще больше не хотят воевать, говорят: "Нате вот шоколадку", - и уходят пересматривать свою жизнь и делать выводы из этого пересмотра.
Карочи. Начиналось всё очень странно. Собственно начало было объявлено на девять вечера, и когда мы пришли около половины девятого, чтобы заблаговременно занять правильную ступеньку для сидения, людей было совсем мало, на краю площади сидела небольшая группа из семи, что ли барабанщиков, совсем юных, я их (некоторых из них - так точно) помню совсем детьми, которые приходили постучать вместе со взрослыми, под руководством наставника. Мы решили: ну, нормально, начали собираться, к девяти как раз и начнут.
Однако уже в половине девятого эти семеро расселись по местам и начали стучать. Это было, с одной стороны, прекрасно и трогательно, а с другой, почти страшно (мне - так не то чтобы "почти"). Потому что на Drum2gether всегда собирались несколько десятков барабанщиков, а тут вдруг эти семеро, йолки. Считай, почти никого.
Но они держались как надо. И стучали - каждый, как минимум, за троих. А на площади, обычно под завязку забитой барабанщиками, а сегодня почти пустой, самозабвенно плясали совсем мелкие детишки. В таком количестве их раньше не было; впрочем, раньше им просто было негде развернуться, сидели на руках у родителей. А тут вдруг такой простор.

Потом пришёл Андрюс Мамонтовас (человек, благодаря которому существует День Уличной Музыки в Вильнюсе) с бубном; мне показалось, что он очень устал и фигачит хорошо если на четверть обычной мощности, но с ним, конечно, стало полегче. Однако дырка в небе никак не пробивалась всё равно, хотя наше общее внутреннее усилие к этому моменту натурально ощущалось как тяжёлый физический труд.

(О внутреннем усилии: у меня есть что-то вроде молитвы всего из одной фразы, толком понятной только мне: "Врата должны быть открыты", - когда реальность становится слишком тверда, я повторяю про себя эту фразу, и меня понемногу попускает. Хотелось бы думать, что вместе со мной попускает и весь остальной мир, но это дело тёмное: поди разбери, где заканчивается твоё персональное восприятие и начинается объективная реальность. Но это неважно: каждый просто делает что может, и я просто делаю, что могу. И сколько раз мне пришлось сегодня повторить про себя: "Врата должны быть открыты", - теперь уже и не сосчитать. Но много. факт. Очень много раз.)

А потом началось.
Началось - это значит, что на площадь приходили всё новые и новые барабанщики. Много знакомых (по прошлым драмтугезерам) лиц, много незнакомых (мне; впрочем, у меня довольно плохая память на лица). Некоторые пришедшие устраивались в центре площади, рядом с коллегами, некоторые усаживались на ступеньки, вместе с зрителями. И вступали в игру. Их (нас) становилось всё больше, мощь возрастала постепенно, а потом вдруг (ну, почти вдруг) стало ясно, что всё уже получилось. "Уже" - это примерно в самом начале второй половины, трудно сказать точнее. И после этого, конечно, была уже только бесконечная радость, ничего кроме радости. Ну и барабанов, ясен пень.

А заканчивали это дело три раза. Вот вроде бы подали знак публике, все привстали, захлопали, упали на места счастливыми, без сил, и вдруг - дыдымц! - по новой. И ещё раз закончили - теперь-то уж точно закончили! - дыдымц! Давайте ещё раз. Последняя шестьдесят четвёртая гексаграмма Вэй-цзи, "Еще не конец" - как она есть, ещё и удвоенная.
Стойкость - к счастью. Раскаяния не будет.

Так и запишем.
* * *
* * *
Человек, ставший любимым спальным местом сразу для двух кошек, и при этом недостаточно длинный, объёмный и мягкий, чтобы обе кошки могли разместиться на нём с комфортом, рано или поздно обнаружит, что оказался в эпицентре шекспировской трагедии. Только в качестве не действующего лица, а места действия. То есть, замка, в стенах (и на полах) которого все эти Макбеты Третьи устраивали всёвотэтовот.
* * *
Друзья, по просьбе издателя (строго говоря, не самого издателя, а торгующего нашими электрокнижками Литреса) продажа книжки "Я иду искать" в нашем электромагазине приостанавливается до (приблизительно) середины июня.

Поскольку издатель повёл себя чрезвычайно благородно, сперва пытался решить проблему своими силами и только потом попросил (не потребовал) пойти навстречу ради погашения конфликта, мы не стали качать права, а сразу убрали книжку. Поступить иначе было никак нельзя.

Пользуясь случаем, напоминаю, что наш электромагазин существует не ради наживы (наживы, будем честны, хватает исключительно на поддержание его функционирования, плюс-минус несколько чашек кофе для всех участников), а только для того, чтобы у тех немногих читателей, которые в силу своего внутреннего устройства не могут или просто не хотят воровать, была альтернатива скачиванию с пиратских сайтов: заплатить автору, или получить книгу бесплатно, воспользовавшись опцией Чашка Фрая. Потому что разрываться между нравственным законом, который внутри, и желанием прочитать книжку - это излишняя, незаслуженная и часто совершенно невыносимая пытка. Так не должно быть.

Мы считаем, что люди, способные отказаться от совершенно безнаказанного и безобидного пассивного воровства (бесплатного скачивания новых книг в интернете) - соль земли, лучшие из лучших и единственный веский аргумент против немедленного армагеддона. И, пользуясь случаем, говорим им спасибо - не столько за деньги, которые они приносят в нашу сделанную на коленке лавочку (и в другие места, где торгуют книгами), сколько за то, что они придают нашей (моей - так точно) жизни некий дополнительный внешний смысл, без которого, конечно, лучше бы уметь обходиться, но не всегда получается. Внешние опоры всё-таки бывают очень нужны.

Извините нас, пожалуйста, за эту накладку.

Остальные книжки в электромагазине доступны (пока только при оплате Пэйпалом); надеюсь, так будет всегда.
О возобновлении продажи новой книги я сразу же сообщу. Может, и Робокассу к тому моменту починят :)
* * *
* * *
Говорит: в юности я читал дневники Константина Симонова, и меня так поразило, когда он написал, что попал в Париж, зашёл к Пикассо, с которым пятнадцать лет не виделся, несколько минут поболтали, и разбежались. Я думал: как?! Ну как это возможно: целых пятнадцать лет не видеться, а потом несколько минут поболтать - о чём?! - и снова расстаться. Тогда не понимал, да и сейчас...
- Боюсь, я это как раз очень хорошо понимаю, - осторожно говорю я.
- Это заметно, - ухмыляется мой друг, с которым мы не виделись почти полгода, хотя живём в одном городе (у меня это называется: стоило на минутку о чём-то задуматься), а потом встретились на чашку кофе, а потом обоим было пора бежать дальше, шо тому кикасо.

***

Говорит: хотел назвать новую книгу (на самом деле, речь о фотоальбоме) "Новое время", а потом подумал: это же враньё, никакое оно для меня не "новое", и не "прежнее", оно просто уже не моё. Ничего моего здесь не осталось, я стою в стороне, сам по себе, и время идёт не для меня, и жизнь уже давно не моя, но я всё равно почему-то всё ещё есть.
Отвечаю: ну ничего себе! Круто!
Говорит: ну, не знаю, круто ли. Лучше спроси меня, каково мне здесь стоится, на моей другой стороне.
Думаю: да ладно тебе, я же знаю, что круто тебе стоится на твоей другой стороне, пока время течёт мимо, и ты, живой, в живом человеческом теле, можешь смотреть на нас прозрачным взглядом небесного духа и благословлять одним своим присутствием на границе между жизнью и всем остальным, я же вот прямо сейчас сижу напротив тебя и всё вижу, кого ты хочешь обмануть.
Но вслух, конечно, вежливо спрашиваю: ну и как тебе там стоится?
Улыбается: да круто мне тут стоится, конечно, чего там, тебя не обманешь.
И мы начинаем ржать.

***

Говорит: Париж учил меня свободе. Там на улице сидел музыкант с аккордеоном, примерно твоих лет, с виду такой же балбес, в кепке с пуговицей вместо помпона, он играл, и я бросил ему в кружку монетку, и он громко крикнул мне вслед: "Месье!" - так весело, задиристо и дурковато, что я вдруг понял: да пофигу ему моя монетка, и я сам ему пофигу, но пока он кричал мне: "месье", - он любил меня, как саму жизнь, потому что в тот момент я и был всей его жизнью, а секунду спустя, он отвернулся и забыл обо мне навсегда. И я наверное только тогда по-настоящему понял, как надо чувствовать себя, когда ты художник, я так никогда не умел, обо всех помнил подолгу, думал о них вместо того, чтобы любить, а теперь... нет, ещё не умею, но знаю, чему учиться, наверное, научусь.
* * *
* * *
Пришли два перевода без адресов, один через КИВИ Банк, второй через Альфа-банк.
Пожалуйста, напишите свои адреса здесь; комментарии скрываются.

Спасибо.

* * *

Previous