Оттепель

В ночь с субботы на воскресенье на тёмной обочине шоссе - ну то есть, улицы Стефано Баторо, но с виду она в этом месте совершенно как шоссе - так вот, ночью, на тёмной обочине шоссе неведомое существо (предположительно, антропоморфное) жонглировало огненными факелами, ну или крутило пои; как бы там ни было, а с точки зрения проезжающего мимо автомобилиста это выглядело как вращение, мельтешение, взлёты и падения двух ярких снопов горячего оранжевого огня. И мне, конечно, сразу стало понятно, что происходит, к чему эта огненная суета на обочине, я всё-таки не первый год живу в этом городе и знаю, как у нас делается погода.

Ну и теперь, конечно, оттепель, совершенно симфоническая, объёмная, мультиинструментальная, мощная и глубокая. Пока играют вступление, но я уже предвкушаю, как разойдутся (мы разойдёмся) буквально через пару дней.

Оттепель вроде нынешней - репетиция сказочного Страшного Суда. Его самого, конечно, не бывает, а вот репетиции бывают и повторяются каждый год. Мы, условно живые в мороз мертвецы, вылезаем из своих ледяных могилок, оглядываемся по сторонам, медленно осознаём: йолки, мы живы! Вспоминаем: так вот оно как - быть живым! А небесные судьи, прокуроры и адвокаты ржут над нами, сидя на мягких, ещё по-зимнему серых облаках, свесив сверху сияющие босые пятки, спрашивают: "Ну чо, граждане подсудимые?" - и снова заходятся хохотом, пока мы топчемся внизу, ошалевшие от внезапного воскресения, пьяные от капели, придумываем, что бы такого умного им на это сказать.
Вот и весь суд.

Всё-таки ничего нет в этом мире красивее оттепели. Триумфальная победа жизни над смертью, данная нам в ощущениях бесконечного блаженства и промокших ног.