December 5th, 2002

чингизид

какой чудесный день

Линор покормила меня мёдом, причем столовыми ложками. Мёд оказался вкусный (вообще я мёд считается что не очень люблю, а вот - понравилось вдруг).
Дома мне с порога дали чаю с мёдом, хотя дома известно, что я мёд не очень люблю. А вот - дали зачем-то. Мёд, опять же, вкусный оказался.
Ничего не понимаю.
Продолжая ничего не понимать, убираю на полку разбросанные по дому книжки. В разбросанной книжке "Дао Пуха" обнаруживаю свою фотографию, вместо закладки.
Теперь все понятно.

Симпатическая магия называется.
чингизид

у меня есть тайна.

Я сижу сейчас, читаю... нет, не скажу, что.
Но сижу, читаю. Мне это в файле прислали.
И вот это самое не скажу что - текст, ради которого имело смысл русский язык вообще учить в младенчестве.
Это...
Нет, не скажу. А то ведь убьют нахуй.
Или можно?
Молчит небо, не дает ответа. Только линк дает небо. Не очень, надеюсь я, внятный. Вернее, надеюсь, что внятный вполне все же.
Интересно, за этот линк убьют меня, или нет?
Неведомо.
А мне все равно хорошо.
чингизид

смерть как сплетня

Позвонил Р., с большим трудом и всяческой мукой раздобывший наш телефон. Сообщил, что в воскресенье умер наш общий знакомый, Сеня З. Сегодня, дескать, похороны.

Все это, надо сказать, происходит за 1000 с лишком километров от Москвы. То есть, новость была с такими муками донесена до наших ушей не ради посещения похорон, а просто - в качестве светской сплетни.
За последние 10 лет все тот же Р. звонил раз 20, всякий раз добывая очередной телефонный номер с завидной ловкостью. Из этих 20 телефонных разговоров, как минимум, 15 были сообщениями о смерти общих знакомых, чьи лица мне не всегда удается вспомнить.
Что за странная миссия у этого Р. - время от времени рассказывать мне светские сплетни о смерти...
В его исполнении, надо сказать, смерть приобретает облик заурядного бытового события. П. женился, М. злодейски изменяет мужу и трем любовникам, Ц. скололся, Ю. купил дом, а З умер. Такой примерно ряд. Важнейшее из сакральных событий в его исполнении превращается в бытовое недоразумение - как-то так.

Даю себе задание: надо бы непременно пережить Р. Не хочу попадать в его мартиролог. Мне это нравится, но не очень.
чингизид

не смертью единой однако жив человек

Я теперь перечитываю за чаем Юнга, потому что того человека, который читал Юнга много лет назад, нет уже давно, и я, соответственно, ничего почти не помню, кроме общих мест.
Ну и вообще процес приятный. У меня никогда не было деда, а тут - словно бы есть. Гладит по голове, объясняет сложные аспекты простых явлений. Хорошо.
И вот нахожу у него прекрасные описания снов восьмилетней девочки:

"Лютый зверь", змееподобный монстр, усеянный рогами, убивает и пожирает всех других зверей. Но с четырех углов приходит Бог, а в действительности четыре разных божества, и оживляет всех убитых животных.
<...>
В мышку проникают черви, змеи, рыбы и человекоподобные существа. Так мышь превращается в человека.
<...>
Тучи комаров закрывают солнце, луну, все звезды, кроме одной, которая падает на спящую.


Ну и так далее.
Я, собственно, к чему все это. Постоянно ловлю себя на том, что воспринимаю это (и многое другое) как сырые сценарии для running_bugs.