October 6th, 2003

чингизид

... во рту выросли грибы

Вот если бы у меня был этот журнал, когда мне было 15 лет, можно было бы писать тут, что совок гАМно (ну или любая текущая власть, без разницы), папа задолбал, одноклассники и прочие ровесники - тупые уродцы, и хорошо бы всех порасстрелять, проследив, чтобы новых никто не нарожал.

В 17, скажем, было бы примерно то же самое, только злости побольше и поосмысленнее + длиннющие цитаты из Достоевского + ужасающие стихи. Вспомню - вздрогну.

Зато в 19 лет писались бы все больше отчеты о поездках стопом и поездами, с дифирамбами Закарпатью и Прибалтике; ужасающие стихи постепенно сменились бы отчетами о дурацких, зато смешных экспериментах. В частности, мы с друзьями переписали в стихах все статьи одного из номеров газеты "Правда", включая погоду и программу телевидения. Там было несколько настоящих шедевров. Один до сих пор помню:
Проклятый Рейган снова нарушает
Прекрасный договор про ОэСВэ,
В который раз упорно не желает,
чтобы резвились дети на травэ.


Года в 23 мне, помится, нравилось шокировать публику, поэтому журнал мой пестрел бы собщениями, вроде: "А сейчас я иду срать говном из жопы". Еще можно было бы описывать свои и чужие перформансы, вполне дурацкие, но проведенные с бешеным драйвом, глумиться над ближними и ругаЦЦа на што попало. Было бы, наверное, вполне похоже на дневник юзера РЫ, только не так талантливо и с поправками на время-место-специфику занятий.

Лет в 26 можно было бы перемежать лирические отчеты о купеческих кутежах в кооперативных ресторанах хвастливыми рассказами, скажем, о торговле книгами с уличного лотка и прочих радостях зарождения дикого капитализма, составлять списки сомнительных, но лестных предложений, от которых мне в ту пору было приятно отказываться, и перемежать все это философскими спекуляции разной степени тяжести. Веселые были времена.

Ближе к 30 годам можно было бы начать рассказывать забавные лытдыбры о выставках и путешествиях, кидать сюда первые наброски размышлений об актуальном искусстве, перечислять тайные имена перезнакомившихся со мною призраков и пересказывать сны.

Потом... Нет, как выглядел бы мой журнал потом, не скажу, потому что секрет. Достаточно и того, что сейчас он выглядит как не пойми што. Ну и тогда было бы примерно то же, только еще непоймиштее.
чингизид

найнти эйт

wlaer рассказывал нынче, как после кризиса 98-го заделался промышленным альпинистом (или как это называется?) - невзирая на былой страх высоты. По мне, круче не бывает, через такие фобии мало кто может перешагнуть. Но - вот.

А мне после этого самого кризиса пришлось заняться разными интернет-проектами, сперва бесплатно, а потом даже за деньги, т.е., всякое бывало. В этом, правда, никакого подвига не было, но тоже - кто бы мог подумать? Прежде мне казалось, что интернет - это скучно: все время попадались чаты какие-то дурацкие, форумы идиотские - зачем туда человеку ходить?
Понятно, что интернет не виноват, просто закладки правильные надо иметь, но это только теперь понятно.

Вообще, среди моих знакомых полно людей, для которых этот самый неприятный "августОвский кризис" стал не столько бытовой неприятностью, как казалось поначалу, но поворотным событием жизни, вызовом, что ли. Причем и для мужей, достойных рыцарского звания, и для мерзавцев от такого дела вышла польза: для первых достойная польза, для вторых - мерзавская, но именно польза.
А таких, чья жизнь пошла после этого под откос, среди моих знакомых почти нет; впрочем, как я понимаю, для этих граждан и без финансового кризиса все к тому шло, и пришло бы - ну, чуть позже. Такое уж устройство организма и такая судьба.

Ну да, вывод чудовищно банальный: на расстоянии от всякой беды часто оказывается, что никакой "беды", собственно, не было.
Вообще, о чем бы ни зашла речь, всегда выясняется, что одно из самых полезных умений - это держать дистанцию. Не приближаться. К себе, собственно, в первую очередь.