September 5th, 2004

чингизид

Дома я, дома уже. Давно. С десяти утра.

Довезли меня в полном вагоне, зато в абсолютно пустом купе. Это, если кто не понимает, запредельная степень везения.
Но даже этот факт меркнет по сравнению с моей московской субботой. Один из лучших дней в жизни - это я сейчас, поостыв, так говорю. Сперва хотелось сказать, что самый лучший. Но нет, все же один из, скажем, первой дюжины.

Четверг и пятница, надо отдать им должное, были ненамного хуже субботы. Спасибо всем, кто. Впрочем, "спасибо" - это формальность дурацкая. Надо как-то иначе.

У всех, с кем не успели повидаться или созвониться хотя бы, даже прощения не прошу. Потому что нет мне прощения. Вы, пожалуйста, сердитесь на меня, сколько влезет, но не огорчайтесь. Я постараюсь очень скоро опять приехать. С гостинцами. Или без - как карта ляжет.
Оправданием мне может служить лишь тот факт, что у меня не хватило времени, сил и мозга даже на то, чтобы купить Херуке, юзеру и живому божеству, сигареты "Житан". А это уже какая-то запредельная степень невменяемости, если кто не понимает.

Страшные последствия визита в Московскую Международную Книжную Сауну. Ночью в поезде снился Слава Курицын, кудрявый, в красной футболке. Говорил мне с укоризной: "Ты совсем не ходишь на литературные вечера. Так нельзя."
Сон в руку, что и говорить. Я действительно не хожу на литературные вечера. Так можно.
За это меня разбудили в шесть часов утра и велели заполнять таможенную декларацию. Заслуженная кара.

Город V - лучшее место на этой земле. Это и прежде было вполне очевидно, но все же уезжать-приезжать раз в месяц очень полезно для остроты ощущений.
Этим и займусь пожалуй.

И, да.
Час назад мне удалось наступить на живого голубя. Кто из нас больший идиот - до сих пор не понимаю. Хорошо, что нога была в мокасине, мягкая кожаная подошва. Птица усралась, но выжила.