October 4th, 2004

чингизид

стерпеть все

Еще один идеальный день завершается, не успев толком начаться.
Осенью, в сентябре-октябре, я задыхаюсь, давлюсь, захлебываюсь от жадности. Мне нужно непременно вместить в себя весь мир: звуки, цвета, запахи и великое множество других вещей, для обозначения которых нет слов в человеческих языках. Впрочем, и не надо обозначений: зачем без толку трындеть о всяком невыразимом, действительно. От пустого трындежа в Невыразимом делаются дырки.
Понятно, что мир в меня не помещается, не запихивается в меня этот мир, его много, а меня мало, поэтому приходится волочь домой дюжину красных кленовых листьев, и еще полдюжины черно-зеленых платановых - контрапункта называется, чукча умный, чукча словаря читал, все знает.
Глупый, бессмысленный, запасливый ёж - это я.

В телефонном меню функции: "стереть", "стереть все". Читаю: "стерПеть", "стерПеть все", - и поражаюсь, что мне оставляют хоть какой-то выбор.

Вообще осенью природа дает нам три миллиона двести тысяч триста сорок пятую подсказку, как жить правильно. Достаточно поглядеть вокруг, чтобы понять: с возрастом человек должен делаться все красивее и пахнуть все лучше и лучше. Вообще, чем дольше живешь, тем больше должно становиться в тебе пронзительности. Надо нагуливать пронзительность. Это важно. Если получается, значит все хорошо.

Кстати о запахах. Все не могу разобраться, что мне больше по душе: холодный парфюм от Армани, или запах дизельного топлива? Армани больше подходит для социальных контактов, зато дизель гораздо дешевле и, кажется, больше мне соответствует. Есть о чем подумать.

Осень в этих краях меня почти пугает. Так прекрасно не может быть в человеческом мире, но вокруг - вполне человеческий мир, тем не менее.

Кто здесь?