April 8th, 2005

чингизид

ай да сукин сын

Нашлась моя старая статья в "Гранях"
про художников Аксеновых,
там очень правильные вещи есть:

Художник, конечно, не должен быть голодным, как не должен бы быть голодным вообще ни один человек на земле. Это, конечно, в идеале.

В другом идеале (и нечего ухмыляться, идеалов много, и все разные), художник, конечно, не должен бы знать таких нехороших слов, как, например "конъюнктура", "рынок", "карьера, – о да, слова "карьера" он не должен бы знать в первую очередь!

В третьем идеале художник должен бы снова привыкать обходиться без кураторов. Кураторы со мною, конечно, не согласятся – ничего страшного, я с собою тоже далеко не всегда решаюсь согласиться.

И наконец, в четвертом (последнем на сегодня) идеале, художник (как и всякий живущий на этой земле) должен помнить, что по большому счету он никому не нужен. И не потому что художник – такой специальный полезный изгой, а потому что никто никому не нужен – по большому, повторяю, счету. Только по малой нужде малодушно цепляемся мы, человекообразные трусишки, друг за друга.


Вот этот расклад: "в первом идеале, во втором идеале, в третьем идеале" - очень уж мне нравится. До сих пор.
чингизид

проводы зимы

В парке стояла раздолбанная детская коляска грязно-голубого цвета.
Нагружена доверху, с горкой остатками ноздревато-серого снега. То ли инсталляция, то ли рабочий момент из жизни дворника.