March 10th, 2007

чингизид

мрт

Все же нет на свете времени года слаще, чем теплый март. "Теплый" - это значит, что температура выше нуля хотя бы на пару градусов, этого достаточно, чтобы полноценно комуницировать с реальностью. Я этой зимой более-менее внимательно и отстраненно слежу за собой и теперь точно знаю, что моя нелюбовь к морозам - не каприз, просто вместе с водой замерзает еще что-то важное, без чего контакт с миром становится невозможен для моего организма. Мороз - это для меня тотальное, безысходное и бессмысленное одиночество, временное отсутствие бессмертной души, то есть, викинги очень правильно представляли себе ад. Была у зайца избушка лубяная, а у лисы - ледяная. Бедная, бедная сказочная лисица.
Но когда температура выше нуля, границы между мною и реальностью стираются, мы снова вместе, а после нас хоть потоп; собственно, даже если во время нас потоп - да пожалуйста, подумаешь, потоп, пока вода может течь, нас ничем не напугаешь.

И почему так сладко срывает у меня крышу, когда удается вырваться среди зимы в теплые края, тоже ясно теперь - стремительное оттаивание органов чувств, с шестого по двадцать первое. И почему естественная для меня реакция на холод - ярость и отчаяние, как будто убивать сейчас будут (а ведь действительно будут, в каком-то смысле).

Теплый март - первые, самые бестолковые и бессмысленные дни моего персонального бессмертия, когда душа не то что ходить-говорить еще не научилась, она даже головку толком не держит, лежит смирно на спинке, пузыри пускает, но уже - снова есть, живет, дышит.
И хорошо.