April 8th, 2007

чингизид

время, время

Иногда я думаю: подсунуть бы вместо себя твердый, холодный камень прожорливому Кроносу, пусть грызет, а у меня будут каникулы, то-то погуляю.
Иногда я думаю: кто-то большой молодец, обманул Кроноса, подсунул ему камень, сам улизнул; он-то молодец, а я - что ж, я и есть этот камень, бывает, значит, и такая судьба.
Иногда я думаю: сколько можно грызть камни, надоело, мне бы живого чего-нибудь, мягкого, теплого, хоть иногда, и тогда я прикусываю собственный язык, такая теперь у меня диета, такие времена, свежей крови не допросишься, все волокут валуны вместо младенцев, а потом удивляются, что меня остается все меньше и меньше.
Но мало ли, что думаю я, важно, что засыпаем мы всегда рядом, в обнимку, Кронос, я и наш камень, так и не разобравшись, кто у кого на сей раз за щекой.
чингизид

удивительное

Вечером включили телевизор, в полной уверенности, что он в этом качестве не работает вовсе. Оказалось, работает, и еще как. В телевизоре был канал Евроспорт, а там чемпионат мира по кёрлингу (curling так, наверное, читается?) Воздействие этого зрелища на сознание сравнимо, разве что, с эфиопскими хрониками пятнадцатого века - причудливый абсурд, столь бессмысленный, что уже хотя бы поэтому прекрасный. Только тут никто не восходит на амбу под барабан Медведь-Лев, а, напротив, катают по льду тяжелые камни и натирают лед специальными щетками, чтобы камню было приятнее катиться.
Лицо игрока в кёрлиг, который - это совершенно очевидно - взглядом помогает катиться своему камню - одно из самых прекрасных зрелищ, какие доводилось мне видеть. Абсолютная концентрация, при этом без надрыва, без натуги, потому что камень он уже отпустил, физического усилия больше не требуется, только метафизическое.
Поразительное зрелище. Поразительное. Вот уж воистину дух ходит где вздумается и гуляет сам по себе проявляет себя самыми немыслимыми способами, вот хоть бы и через кёрлиг, ему не западло.