April 21st, 2007

чингизид

и.ю.

В русском "букинисте" пустили меня порыться в коробках с новыми, не разобранными еще книгами. Теперь, пока за окном метель (была, была, минут десять кряду мело, честное слово), можно читать "Холодный дом"Диккенса, и не нужно так на меня смотреть, некоторые вон коней ебут, и ничего.
Среди находок, страшно сказать, три повести Агаты Кристи под одной обложкой, 1992 года издания, в том числе "Зло под солнцем", благополучно обмененное уже на полтора часа жызни, и теперь я, честно говоря, хренею, насколько же круче книжки ее экранизация с Питером Устиновым и Дианой Ригг, там одна только колоритная хозяйка отеля и Албания как место действия чего стоят, но я не о том, конечно же.
Там в самом начале персонаж женского рода говорит своему другу детства, персонажу мужского, как водится, рода: "Жаль, что мы не остались прежними и забыли идеалы, о которых говорили в детстве", - перевод кошмарный, да, но я опять же не о том, я вот об этом общеизвестном штампе, об "идеалах юности", или, как тут, в книжке, детства. Литературные персонажи то и дело ноют, что, дескать, предали их, и наверное это списано с поведения настоящих, живых людей, нет?

У меня тоже есть один грубо поруганный идеал, причем не юности, а именно детства: вопреки клятвам и обещаниям, я теперь жру мороженое далеко не каждый день и, стыдно сказать, без особого этнузиазма. Других измен былым идеалам не наблюдается; напротив, мне отсюда, из моего сегодня, даже бывает противно смотреть назад - какие-то неидеальные были идеалы, и макисмализма недостаточно, и готовности к компромиссам слишком много (по сравнению со "средним по палате" показателем, конечно, бескомпромиссность зашкаливает, но по моим сегодняшним меркам прям какой-то благоразумный обыватель выходит, фу).

Ну кто, кто вбил людям в головы концепцию, что с возрастом все непременно смиряются, сдаются, успокаиваются и портятся? Что таков естественный ход вещей. Какая херня, боже ж ты мой. Какая дикая, немыслимая, феерическая херня.