August 26th, 2008

чингизид

Умная Эльза (для Сянц)

Невеста Гансу очень нравилась - рослая, румяная, с длинной, тяжелой белокурой косой. Даже задумчивость красила ее, хотя, конечно, непривычно видеть у молодой девицы такой неподвижный, устремленный куда-то внутрь себя взгляд. Интересно, о чем она все время думает? - гадал Ганс. Впрочем, о чем еще и думать невесте, как не о будущей свадьбе. Поженимся - сразу развеселится, - решил Ганс. - Не о чем тут волноваться.
И с родителями Эльзы, он сразу понял, легко будет поладить. Мать Эльзы, такая же румяная как дочка, но веселая и приветливая, неутомимо хлопотала у стола, а отец, по-приятельски подмигнув будущему зятю, сказал:
- Такое дело не грех отпраздновать. Сбегай-ка, дочка, в погреб за пивом.
Эльза кивнула и поспешно вышла из комнаты.
Минут через пять родители Эльзы начали беспокоиться. Куда подевалась эта негодная девчонка? Не такое долгое дело - нацедить кувшин пива. И какое впечатление это призведет на жениха? Кто захочет жениться на такой нерасторопной корове?
- Пойду, погляжу, как там она, - наконец сказала мать.
- Погоди. Я с тобой, - отец тяжело поднялся из-за стола.
Ганс ничего не стал говорить. Но пошел следом.

Эльзу они увидели сразу же. Она и не думала прятаться. Сидела на стуле подле бочки, пиво давным-давно перелилось через край кувшина, и теперь у ног Эльзы плескалось пенное, хмельное озерцо, но девушка его не замечала. Она плакала, да так горько, что мать забыла, как собиралась отругать нерадивую девчонку, всплеснула руками, метнулась к дочери:
- Что случилось, дитя мое? Почему ты плачешь?
Эльза подняла на нее красные от слез, постаревшие, угасшие глаза и, превозмогая рыдания, заговорила:
- Первый Ангел вострубил, и сделались град и огонь, смешанные с кровью, и пали на землю; и третья часть дерев сгорела, и вся трава зеленая сгорела...
чингизид

не могу удержаться

И сказал фараон Иосифу: мне снилось: вот, стою я на берегу реки;
и вот, вышли из реки семь коров тучных плотью и хороших видом и паслись в тростнике;
но вот, после них вышли семь коров других, худых, очень дурных видом и тощих плотью: я не видывал во всей земле Египетской таких худых, как они;
и съели тощие и худые коровы прежних семь коров тучных;
и вошли тучные в утробу их, но не приметно было, что они вошли в утробу их: они были так же худы видом, как и сначала. И я проснулся.
Потом снилось мне: вот, на одном стебле поднялись семь колосьев полных и хороших;
но вот, после них выросло семь колосьев тонких, тощих и иссушенных восточным ветром;
и пожрали тощие колосья семь колосьев хороших. Я рассказал это волхвам, но никто не изъяснил мне.


И сказал Иосиф фараону: у вас было тяжелое детство, вас подавлял властный отец, а мать уделяла вам недостаточно внимания. Но мы будем с этим работать.