July 28th, 2010

чингизид

кошка

В машине кошка всегда орет дурным голосом - если мы едем вдвоем. В присутствии любого дополнительного человека она надменно молчит. И только мне поверяет все тайны истерзанной души своей.
Есть один хороший способ заткнуть кошку: отвечать тем же, стараясь в точности копировать модуляции. У меня к этому делу талант. Иногда не могу даже понять, кто из нас это только что сказал. А кошка затыкается после трех-четырех моих мявов. Понимает, что моя душа - самая истерзанная в мире. И внимательно слушает мою исповедь.
И вот везу я кошку. Окна в машине, понятно, открыты. Кошка орет, я отвечаю, всем хорошо.
И только остановившись на светофоре и увидев, какими глазами смотрят на меня другие участники движения, понимаю, как выглядит ситуация с их точки зрения. Кошка-то в переноске, на заднем сидении. Ее поди разгляди. А я у всех на виду.

Черт, черт, черт. Как же я завидую свидетелям моего мява, а. Почему когда я еду без кошки, другие водители не мяукают?

***

Интеллигентный рыжий кот, меж тем, простил обидчицу и снова повадился ходить, во-первых, на крыльцо, что как раз нормально, а во-вторых, под окно, где отдыхает дама его сердца. И вот под окном он довольно гнусно орет.
Но я знаю, как расстроить чужое счастье и разлучить влюбленных.
Беру маленькую белую кошку за шкирдон, выношу на крыльцо, где сидит рыжий воздыхатель. Увидев его так близко, маленькая белая кошка немедленно превращается в шипящее, извивающееся чудовище с пастью размером с Мировое Зло.
Рыжий кот аж уши прижал.
- Ты точно уверен, что тебе это надо? - спрашиваю.
Как он бежал, видели бы вы. Как он бежал.
И уже второй день снова не появляется.

***

- Это моя еда, - говорю я кошке, которая в очередной раз лезет мордой в мой кофе.
А она все равно лезет.
Я, в общем, не удивляюсь, что наша кошка вечно хочет кофе. Должны же быть какие-то общие интересы. Только не понимаю, зачем она пытается пить его именно из моей чашки.
Тогда я выгибаю спину, открываю пасть и начинаю страшно-страшно шипеть.
Кошка прячется под диван на целых пять минут. Потом выходит и смотрит с уважением. И даже в чашку мою больше не лезет.
Целых полчаса не лезет, умница моя.