October 24th, 2010

чингизид

о чем-то почти самом главном

Несколько дней назад было как-то вот так



А вчера был один из лучших осенних дней. И сегодня тоже один из лучших, так что я сижу возле "Кофеина" на улице Вильняус и понимаю, что за лето у меня появилась привычка писать записки в уличных кафе, в других местах это похоже на работу и только в кафе - праздное времяпрепровождение, род удовольствия. Что плохо - некого за второй дозой миндального кофе послать, эх.

Все-таки фотография - невероятно духоподъемное занятие для меня. Тому есть несколько вполне очевидных причин.
Во-первых, это никому кроме меня не нужно, то есть вообще никому. Если я перестану писать тексты, найдется немало желающих испытать по этому поводу разочарование, если перестану фотографировать, никто и не заметит. Я об этом не думаю, но знаю таким специальным фоновым знанием, которое лежит в фундаменте всякого личного миропорядка.
Во-вторых, результаты не нужны даже мне, это стало понятно после кражи ноутбуков из студии, поломанного и просто очень старого, где хранились фотоархивы за много-много лет. По этому поводу у меня даже тени сожаления не возникло, только вялая разумная мысль, что надо бы скопировать самое лучшее, чтобы осталось, гхм, на память, если вдруг наебнется frei.lt; это занятие развлекало меня примерно на протяжении часа, потом наскучило - черт с ними, с картинками, сказал мой организм, давай что-то интересное делать будем. Собственное равнодушие к отпечаткам изумляет даже меня - отпечатки бывают очень хороши, но глядя на них я вообще ничего не чувствую, даже на поверхности.
В-третьих, в фотографии я всегда останусь дилетантом, это понятно. Зарабатывать фотографией я не буду никогда, для этого надо обзавестись не только соответствующей аппаратурой, но и кучей технических знаний, которые я могу усваивать только на практике, то есть, с учителем, который будет показывать и заставлять повторять, а такой учитель мне вряд ли светит. Если кому-то когда-то придет в голову устроить мою выставку, это будет событие из серии "Знаменитости тоже крестиком вышивать умеют", Дэвид Линч в своих интервью довольно много сказал на эту тему, цитировать не буду, книги под рукой нет, откуда в кафе книга? Но, в общем, и так понятно.
В четвертых, у меня нет никаких выдающихся способностей в этой области. Я вообще не визуал, без камеры в руках я почти ничего вокруг не вижу, а иногда вижу все, но это, как понимаем мы, не имеет отношения к визуальному восприятию. В фотографии мне так далеко даже до намека на совершенство, что о нем (совершенстве) можно вообще не думать. Только благодаря фотографии мне стало понятно, что когда всякие восточные мудрецы рассказывают, что, к примеру, искусство чайной церемонии это путь длиной как минимум в жизнь, они совершенно не преувеличивают. В моей замороченной западной культурной традицией голове вдруг все стало на место. Стать мастером невозможно, зато есть много способов не стать мастером, самый сладостный предполагает бесконечный путь к недостижимой цели. Вопрос только в том, видишь ли ты тропу у себя под ногами. Я - вижу. Это очень крутое ощущение. Очень.
В пятых, такого упоительного, почти бесстыдного, почти животного счастья, как в процессе фотографирования я не испытываю ни от какого другого занятия. Это момент полного единения духа, который во что бы то ни стало желает проявиться, и тела, которое отвечает за коммуникацию с фрагментами материального мира, через которые фигачит этот самый дух.

Короче. Получается, фотография нужна мне для непосредственного диалога с духом, без посторонних - это все.
Этого более, чем достаточно.

(С текстами все тоже круто, но там помимо диалога с духом ведется диалог с человеческой реальностью, книги, как ни крути, встраивают меня в социум и помогают выжить, это не "плохо", это, наоборот, "хорошо", просто совсем иначе, работа, а не хобби, дело жизни, в отличие от фотографии, которая, как выясняется, главное неделание жизни.)