December 21st, 2010

чингизид

вести из открытки

Потому что натурально рождественской открыткой выглядит окружающее предрождественское пространство. На него душеполезно и крышесносительно пялиться из окна, а вот передвигаться - ээээ... ну да, если только на лыжах.

Если судить по стостоянию дорог, мы живем на просто в ссср даже, а в заповеднейшем сэсэсэрском мухосранске, куда не то что столичное, а и областное начальство наезжать с проверками брезгует.
Если судить по поведению водителей на этих погребенных под снегом дорогах, мы живем даже не в европах каких, а в самой что ни на есть Утопии, где люди не то чтобы идеальны, а просто такие как надо.

У меня есть шапка с глазами и ушами, которая предельно глупо лыбится. Из-под шапки так же глупо высокоинтеллектуально улыбаюсь я (потому что если в шапке не улыбаться, вид будет совершенно идиотский, а если улыбаться, то как бы концептуализм). За это мне сегодня пытались прилюдно подарить дрова и соленый огурец. Но я очень быстро бегаю, даже по сугробам.

Вчера же в супермаркете мне было явлено чудо, необъяснимое, бесполезное и бессмысленное, как положенно настоящим чудесам.
Ужасно не люблю рассусоливать подробности, но придется. Потому что они - технические.
Значит, так. У нас в супермаркетах есть тележки, есть корзинки, а еще есть их гибрид - глубокая корзинка на двух колесах с ручкой-палкой. И вот я вижу, как обладатель именно такой продуктовозки, частично заполненной покупками, остановился посреди супермаркета и крайне озадаченно смотрит в свою корзинку. Ну и я тоже - зырк туда. Невозможно же удержаться.
А в его корзинке среди разных продуктов была помещена палка копченой колбасы. Поставлена вертикально, подперта по бокам другими свертками. И эта колбаса шевелилась. Натурально ходила ходуном в неподвижной корзинке, вращалась и подпрыгивала, как будто в нее вселились бесы из притчи, и имя им, конечно же, легион.
И вот понимаете, да. Я стою посреди супермаркета и смотрю на вращающуюся и подпрыгивающую колбасу. И у меня практически волосы дыбом. И хозяин колбасы тоже стоит и на нее смотрит, и у него дыбом вообще все. А мимо нас идут люди с тележками, не подозревающие даже, что творится под самым их носом. И я какое-то время спустя начинаю думать - а может, ее надо перекрестить? В смысле, колбасу. Ну, типа, хуже-то не будет. В художественном кино к бесноватому всегда зовут священника для сеанса экзорцизма. И он крестит, крестит, крестит. И иногда это помогает.
И тут я понимаю, что не помню, в какую сторону надо крестить (колбасу). Слева направо, или справа налево? Потом думаю - ладно, католики с православными как раз в разные стороны это делают, так что мимо хоть какой-нибудь традиции не промахнусь. Но все равно стою на месте, потому что прилюдно перекрестить чужую колбасу - это очень эксцентричный поступок даже для меня. Я не то чтобы каждый день этим занимаюсь. И как-то даже не знаю, с чего начать. Спросить у человека: "Извините пожалуйста, можно я перекрещу вашу колбасу?" Или, напротив, действовать внезапно и неожиданно? Но вдруг дяденька сатанист и не сможет потом крещеную колбасу есть? Неудобно получится. С другой стороны, думаю я, может, колбасу следует оставить в покое? Пусть себе прыгает. Ей хорошо, а меня не касается. Или касается? Сложный этический выбор!
Так мы стояли довольно долго. И вдруг колбаса успокоилась - совершенно самостоятельно. Дяденька утер вспотевший лоб и покатил свою корзинку к выходу, и я пошел на Мальцевский рынок, где, говорят, одному слепому подарили вязаную шаль тоже.