February 16th, 2011

чингизид

в одном носке

(на самом деле, впору такой тэг вводить - специально для записей, сделанных в растрепанных попыхах за 10 минут до выхода из дома, но мне лень, да и не припомнить теперь, что именно в таких обстоятельствах было написано. ай, неважно.)

Вспомнилось вдруг одно из самых регулярных наваждений позднего (то есть, одесского уже) детства. Это когда окружающий мир вдруг начинает казаться двумерным, а дома (если накрыло на городской улице) - фанерными декорациями, пальцем толкни, рухнут.
Это было (почему-то) довольно приятно, меня совершенно завораживало. И казалось чем-то, не знаю даже, как сказать - нехорошим? неприличным? - как будто реальность вдруг стала без трусов. Как будто вот сейчас она и есть "настоящая", какой ее никто не видит.
(Хорошо, что мне тогда не был известен целый пласт соответствующией литературы, а то сколько наивных спекуляций насчет майи породил бы на радостях детский ум, подумать страшно.)

И в связи с этим (хотя, хоть убей, не скажу вот так с разбега, в чем тут, собственно, связь), до меня вотпрямщас дошло: все, что я делаю всеми (не очень многочисленными) доступными мне способами - про многомерность мира. Про то, что видимым слоем реальность не ограничивается, с него только начинается восприятие, и если им же заканчивается, это просто ущербность, физический недостаток; впрочем, устранимый. Быть частью реальности и не ощущать (хотя бы) ее текучесть, быть захваченным потоком времени и не чувствовать (хотя бы) его движение - ну, слушайте, так не пойдет. Причем аппарат восприятия у всех вполне себе годный, просто мы обращаемся с ним примерно как я с навороченными телефонами - звоню, пишу смс, ставлю будильник и даже не вспоминаю, что есть еще какие-то функции.
Все, что я делаю и говорю - оно про другие слои, про глубину, про абсолютно внятные, но не очевидные взаимосвязи всего со всем (человека с собственной глубиной - в первую очередь). Ну, как бы просто треп гаджетомана о том, как он при помощи телефона связал свитер и отослал бабушке в Канаду, предварительно размножив и продав копии на семи интернет-аукционах, а навар, все так же не отрываясь от телефона, вложил в какие-нибудь акции. Не то чтобы реклама удивительных возможностей телефона, а как бы случайное напоминание о том, что они, вообще-то, есть и давно стали естественной частью чьей-то жизни.

Все, убегаю теперь совсем.