July 9th, 2011

чингизид

ситцевый в цветочек

На балконе расцвели первый душистый горошек, первый бархатец и первый мак; фишка в том, что они выросли из семян, а не из рассады, поэтому совершенно закономерный (и даже неизбежный) этап их развития классифицируется моей головой как выдающееся событие. Я их всех помню маленькими невнятными фиговинками-из-пакетиков, не поддающимися счету.

Счету зато поддаются ящики на балконе. Их оказалось тридцать четыре, а мы думали - ну, двадцать. Может быть. Около того. Арифметика часто оказывается инструментом удивительных открытий.

И еще о чудесах арифметики.
Мне однажды показали программку, которая подсчитывает прожитые дни. Программка вселила в меня почти мистический ужос: вот щас она каааак сосчитает! И я кааак узнаю, сколько дней на свете живу. И кааааак поверю! И от этого сделается, как будто правда столько, и я тут же упаду в обморок и умру.
Человек, показавший программку, тем временем, не спросив разрешения, ввел мои данные (он, сволочь такая, их знал), программка сосчитала и выдала какое-то абстрактное число. Сколько-то там тысяч. Какие там обмороки, это число и нескольких секунд не задержалось в моем сознании. Оно вообще ничего не значило. И ничего не меняло.
Поэтому, допустим, я живу на свете уже целых тридцать четыре дня, по числу ящиков на балконе. Хорошее, солидное, внушительное число.

В магазинах мне, как и остальным людям, регулярно дают всякие скидочные карточки. Чтобы получить карточку, надо заполнить анкету, и девочки-продавщицы как-то нехорошо смотрят, когда я честно пишу в анкете год своего рождения. Как-то очень уж нехорошо смотрят они, и я чувствую себя самозванцем, живущим по чужим, краденным бумагам. Надо, наверное, придумать себе какую-то более-менее достоверную дату рождения, записать на бумажке и носить с собой. Только я не знаю, какая дата нужна, чтобы в точку, ни черта не разбираюсь в возрастах человеческих. Вот у нас, к примеру, есть соседка, мама части детей, с которыми мы дружим, и мы зовем ее "тетя Рената", а она глядит на нас строго и снисходительно - эх, молодежь! Ну и вдруг выяснилось, что тетя Рената семьдесят четвертого года рождения, натурально писюха против нас, тьфу.
Проще, кажется, отказываться от скидочных карточек, чем решить вопрос с достоверной датой, ну ее к аллаху.

Вообще, слишком много дурацких условностей. Перебор. Даты, числа, еще имена-фамилии какие-то абстрактные. Были бы хоть индейские, типа "Глупый Койот", или "Синий Лось", чтобы со смыслом, тогда еще ладно. Гендерные какие-то примочки: для нормального поведения мальчиков характерны какие-то одни штуки, а для девочек другие. Непонятно почему. И правила поведения а обществе - ну типа, обнимать незнакомых людей лучше не надо, даже если хочется, или, скажем, на улицу выходить только в одежде и желательно по сезону. Я, в общем, совершенно не против, но помнить же обо всем этом надо, столько полезного места в голове проебывается на полную ерунду.
При этом необходимости вести себя адекватно никто не отменял. У меня, тем более, с раннего детства привычка вести себя адекватно, потому что родители все время ко мне приглядывались, пытаясь определить, кто у них родился: дебил (им рассказали, что поздние дети часто бывают дебилы), или все-таки нормальный ребенок. И так боялись моих странностей, и это было так неприятно (когда родители тебя боятся, жизнь становится очень ненадежной штукой, потому что не на кого положиться), что пришлось быстренько разобраться, как выглядит со стороны поведение "нормального ребенка", и начать его имитировать. С переменным, конечно, успехом. Но все-таки.

Ну вот я сейчас сижу в кафе. Это совершенно точно нормально, у людей принято сидеть в кафе, с ноутбуком, или без, все равно, и так, и так можно. И на мне какая-то одежда. Мне нравится, прохожим, вроде, тоже. Ничего дикого в моей одежде точно нет, а то бы все вокруг напрягались.
Еще я сейчас курю и пью кофе, и это тоже совершенно нормальное поведение. Многие люди вокруг так делают.
Ну, фуф, уже хорошо. Пока все нормально.
И вот я, к примеру, запишу сейчас, что:
- вход в магическое пространство происходит спокойно и естественно, а не с треском, визгом и экстазом, как учат нас разнообразные сокровища мировой культуры.
- для магического пространства прежде всего характерно полное отсутствие не только страха, но и самой возможности испытывать страх. Если страшно, то это какое-то не то пространство. Морок. Надо плюнуть каку как можно быстрее.
- зато выход из магического пространства почему-то споровождается приступом эйфории. Возникает закономерный вопрос: что это за место такое текущая реальность, если сюда возвращаешься под кайфом? Наркотический бред с галлюцинациями? Или просто луна-парк, где надо развлекаться, а кто не развлекается, тот дурак? Или что?

Вот такая запись уже не очень адекватно выглядит, да?
Ну ничего, пусть будет. Мне надо.
И всегда есть отмазка - чего только писатель не придумает. Действительно же.
Вообще, быть писателем, художником и прочей богемой - идеальное решение. В случае чего, ты не псих, у тебя просто полет фантази на крыльях воображения. Профессиональная девиация, ну.
Очень, очень удобно.

Вот друг А. - он так устроен, что если он сидит, скажем, на лавочке и с кем-нибудь разговаривает, и тут начинает капать дождь, мимо обязательно пройдет какой-нибудь его знакомый с лишним (!) зонтом, который тут же ему отдаст. Причем друг А. совершенно не думает: "ах, как мне нужен зонт". Он такой херней не занимается. Просто сидит на лавочке и получает все необходимое без отдельного запроса. Просто по факту возникновения необходимости.
У меня же другое устройство, гораздо более дурацкое, но тоже хорошее.
Вот, например, рюкзак. Понятно, что самая удобная разновидность сумки - это рюкзак. Но в сочетании с летней одеждой рюкзаки выглядят, честно говоря, по-дурацки. То есть, если хочешь идти с удобным рюкзаком, надо надевать джинсы, или прочие штаны. И еще от рюкзаков жарко спине, потому что они обычно синтетические. Ну или кожаные. Редко-редко тряпичные, но вид у тряпичных рюкзаков обычно тот еще. У меня, правда, есть джинсовый, но он, во-первых, не очень вместительный, то есть, совсем ни хрена в нем не помещается, если называть вещи своими именами, а во-вторых, ему лет семь. И это, мягко говоря, заметно.
И вот иду я в лавку за кофе и табаком. И думаю по дороге, что идеальный летний рюкзак должен быть, наверное, ситцевый в цветочек. Чтобы сочетался с летней одеждой. Но при этом с толстыми кожаными лямками, потому что узкие тряпичные лямки сводят удобство от рюкзака к нулю. И большой. И с кучей карманов, внутренних и наружных, чтобы не искать по полчаса ключи, кошелек и телефон. И обязательно ситцевый в цветочек, просто потому что это смешно. Само по себе словосочетание "ситцевый в цветочек" смешное, не знаю почему.
Я не то чтобы хочу такой рюкзак. То есть, мне вообще в голову не приходит ставить вопрос таким образом. Я вообще ничего в данный момент не хочу, а просто изобретаю идеальный летний рюкзак. Детально описываю его, чтобы был - просто как идея. Для порядку.
И по рассеянности захожу не в кофейно-табачную лавку, а в соседнюю под называнием "Аксессуары". Где мне совершенно ничего не нужно. И первое, что вижу - большой ситцевый рюкзак с широкими кожаными лямками и кучей карманов, внутренних и наружных. Темно-синый, в цветочек. Идеальный летний рюкзак.

И вот всегда так - стоит что-то вообразить (не захотеть для себя, а просто бескорыстно вообразить), и оно тут же появляется. У меня в последнее время такое ощущение, что я собираю ближний мир по кусочкам, как лоскутный плед, причем каждый лоскут надо сперва своими руками связать, а уже потом подшить к бесконечно доделывающемуся целому.
Возникает закономерный вопрос: откуда берется вся прочая херня? Которая мною совершенно определенно не выдумана, мне бы в голову просто не пришло.
И возникает закономерный ответ: эта наша с вами общая галлюцинация - просто групповая выставка. Что было в голове у ее куратора, вообразить не могу. Может, впрочем, ничего особенного. Он, возможно, был занят другим важным проектом, а эту проходную выставку собирал на бегу.
А может, совсем наоборот. Но чтобы оценить замысел, надо быть просто зрителем, а не одним из участников.
И когда я вспоминаю об этом, я делаю шаг в сторону и делаюсь просто-зрителем.
И вот тогда