August 13th, 2012

чингизид

Байки про сновидцев

Один человек занимался осознанными сновидениями. Занимался долго и упорно, предположим, тридцать лет и три года. Преуспел, научился всем премудростям, отрастил себе толстое, розовое и красивое тело сновидения.
После чего стал бегать по всю жизнь изводившим его кошмарам (сны про школу и опоздание на поезд, конечно же, included), крутить им сочные кукиши и дразниться: "бе-бе-бе!"

***

Другой человек тоже занимался осознанными сновидениями, долго и упорно, тридцать лет и три года. Научившись же всему, чему следует, в одном из осознанных сновидений устроил себе отличную спальню, притащил подушку с одеялом, каждый день засыпал туда, а уж там дрых себе в свое удовольствие просто так.
шляпа

новости же таковы

В Ботаническом саду вовсю цветут георгины, их там натурально мильён.
Еще там цветут гладиолусы и вообще все.

***

В Небесной Канцелярии новые сотрудники, совсем молоденькие стажеры. Закаты чертят под линейку. Получается примерно так:



***

Местные жители, тем временем, рассказывают, что по городу ходят удивительные существа в виде невест с наклеенными носами.

Сезон охоты на (чужие) галлюцинации, таким образом, открыт.
чингизид

пропаганда прибалтийского образа жизни

Это мне в личку написал какой-то удивительный человек. Велел немедленно прекратить пропаганду прибалтийского образа жизни! И угнетения русского меньшинства. Честное слово, вот прям так и сказал. То есть, написал. Но черным по белому.
Господи, ну хоть кто-то оценил мои усилия. Конечно, лучше бы это было прибалтийское правительство. Назначило бы меня сразу министром пропаганды и угнетения. Потому что у меня есть давняя задумка, как всех угнесть: запретить на территории прибалтийского образа жизни Русское Радио. Во всех его проявлениях. То-то зажили бы тогда.
Но, в целом, и так неплохо.

Мир же сошел с ума окончательно и бесповоротно: на улице плюс четырнадцать, кошка жрет дыню, а гигантская бабочка пинает настольную лампу, того гляди перевернет. Это, наверное, тоже часть прибалтийского образа жизни, пропагандой которого я тут столь сладострастно занимаюсь. И не собираюсь останавливаться.