November 11th, 2015

чингизид

Адвокат Д.

- Вызовите, пожалуйста, скорую помощь.
Старик говорит по-русски, опирается на два костыля, выглядит, как бездомный пьянчужка, однако совершенно трезв. Узкое, как ребро ладони тёмное лицо, перебитый (не сейчас, давным-давно) нос, васильково-синие глаза.
- Вызовите, пожалуйста, скорую помощь.
Выглядит он при этом явно не умирающим. И передвигается бодро - насколько это возможно для человека на костылях.
В "кофеине" у входа в торговый центр "Европа" ещё не убрали уличные столики. И правильно сделали, сегодня, например, плюс десять. Очень тёплый у нас нынче ноябрь. Почти все места заняты, но вызывать скорую помощь никто не хочет. Отворачиваются, пожимают плечами, отводят глаза. Я смотрю на них с такой же надеждой, как синеглазый дед. То есть, с гораздо большей надеждой, потому что - помните, бродила одно время по интернетам карикатура: "Земля сейчас взорвётся, но вы можете предотвратить взрыв. - Что надо делать? - Всего лишь позвонить по этому телефону. - Позвонить по телефону? Ой... я... ну ладно... а может быть?.. - Бабах!" Так это про меня. Я не просто не люблю, я НЕНАВИЖУ звонить по телефону. Друзьям ещё ладно, знакомым - туда-сюда, а в справочную например, или в ту же скорую помощь - проще умереть.
Но если надо, звоню, конечно. Фобии фобиями, а надо - значит надо.
Ну и вот сейчас мне бы конечно хотелось убедиться, что в скорую помощь позвонил кто-нибудь другой, и пойти по своим делам. Но нет, ёлки, никто не хочет связываться с непонятным дедом, все отворачиваются, ладно, убейте меня пожалуйста кто-нибудь, всё, всё, 911, экстренный вызов, звоню, объясняю ситуацию, говорят: "Сейчас приедем". Спрашиваю: "Мне подождать?" - "Да, обязательно".
Ну йопта, блин.

Дед, тем временем понял, что никто ему помогать не собирается и побрёл прочь. Пришлось догонять.
- Эй, - говорю, - стойте. Вы теперь моя добыча! Даже не вздумайте удирать.
- Что?!
- Скорая помощь сейчас сюда приедет, - говорю я. - Если вы к тому моменту уйдёте, они мне голову оторвут. И сделают укол. Знаете, как я боюсь уколов? Уууу!
Дед смотрит на меня, как на полное ебанько, а потом наконец понимает, что я шучу. И расплывается в улыбке.
- Так что, вы правда скорую помощь вызвали? - спрашивает он.
- Ну да. Вы же просили.
- Спасибо, - говорит дед. - Хоть один хороший человек нашёлся. Хоть один человек! А эти все вообще как не люди.
- Да ладно вам, - говорю я. - Они все вполне себе люди. Нормальные, не злые. Просто жизнь сейчас такая дурацкая, все очень устают. И не хотят никаких новых проблем. Своих выше крыши. И они всё не кончаются. На чужие проблемы просто нет сил.
- Ну позвонить-то нетрудно, - говорит дед. - И даже бесплатно.
- Понимаете, - говорю я. - Позвонить нетрудно. Но это же ответственность. Вот если вы, например, сейчас уйдёте, меня оштрафуют за ложный вызов - и привет. Люди боятся ответственности, штрафов, наказаний. Да они вообще всего нафиг боятся и постоянно друг друга пугают, а потом ещё больше боятся, такая у них жизнь.
Дед недоверчиво качает головой.
- А что, правда оштрафовать могут?
- За ложный вызов? Да запросто, - говорю я, хотя на самом деле, точно не знаю. Просто предполагаю. Должно же быть какое-то разумное объяснение, почему из пары десятков человек, тусивших у входа в торговый центр, никто не захотел сделать бесплатный звонок в службу экстренной помощи и вызвать врача.
- И ещё тот, кто вызвал скорую помощь, должен её дождаться, - говорю я. - А неизвестно же, сколько они будут ехать. У меня просто время есть, я никуда не опаздываю. А люди наверное с работы на десять минут выскочили кофе выпить, им задерживаться нельзя. Они поэтому не захотели звонить. А не со зла.
- Ну да, - соглашается дед. - Если надо ждать, тогда понятно. Я думал, можно просто позвонить и уйти. А оно вон как.
- А оно так, - говорю я. - Все, в общем, нормальные люди. Просто устали, спешат и боятся. А так - вполне ничего.
А про себя вдруг думаю: хорошо, если это ангел небесный к нам с проверкой явился. Очень удачно, что он на меня напоролся. Я любому ангелу могу объяснить, какие у нас нынче проблемы самые актуальные: страх и усталость, усталость и страх. И если в этом месте немножко подкрутить гайки, в смысле, наоборот, раскрутить, то всё может и ничего будет. Ну, то есть, у меня такая версия, а как на самом деле, экспериментальным путём надо проверять.
- Здесь раньше было пусто, - вдруг говорит дед, простирая руку над площадью Европы.
А я думаю, надо же, как здорово это у него получилось - вроде, про площадь сказал, здесь и правда раньше был пустырь. А вроде и про весь мир. Который тоже когда-то был пустынен, если верить некоторым источникам.
- Мне об этом рассказывали, - осторожно соглашаюсь я, так, чтобы получилось и про площадь, и про весь мир. - Но меня тогда здесь не было. Я тут сравнительно недавно живу.
- Издалека? - понимающе ухмыляется дед.
- Издалека, - соглашаюсь я.
Что во всех смыслах вполне себе правда.

Некоторое время мы умиротворённо молчим. Наконец на площадь перед торговым центром выруливает скорая помощь, из машины выскакивает молоденький врач.
- Я могу идти?
- Да, конечно, - отмахивается он.
- Выздоравливайте, - говорю я старику. И на всякий случай - а вдруг всё-таки ангел-инспектор? - торопливо добавляю: - И не сердитесь на всех остальных. Они устали, у них нет времени, им страшно. А то были бы вполне ничего.

И поспешно низвергаюсь под землю, во тьму подземного перехода, где адвокатам-любителям вроде меня самое место.