October 13th, 2016

няпиздинг Алистер

бо-бо

Когда-то давно мне кто-то зачем-то дал ссылку на чью-то рецензию на какую-то мою книжку; подробностей не помню, то есть, вообще ничего, кроме главного: рецензент написал про рассказ Дом для кошки и дракона - типа, такая печальная история, на самом деле суть в том, что ребёнку не разрешили взять домой кошку, а всё остальное в рассказе утешительная ложь.

Дело было давно (по моим меркам прям ОЧЕНЬ давно), но мне запомнилось, потому что это на самом деле очень яркая иллюстрация к одной из самых чудовищных ошибок, которую совершаем мы все (и я тоже, достаточно регулярно) - считать, что всё самое важное и значительное происходит в нами в так называемой реальности, которую можно потрогать руками, а чего нельзя потрогать, то (утешительная) ложь.
Ну, материальная реальность убедительна, кто же спорит. Она может сделать нам бо-бо и дать ням-ням. Поди с такими аргументами не убедись.
Штука однако в том, что подлинная жизнь это жизнь сознания. Всё, что происходит с сознанием, то и происходит с нами. Вне зависимости от ням-ням и бо-бо. И хочется сказать, что всё происходящее с нами равносильно и равновелико, но на самом деле, конечно, нет. Потому что все по-настоящему важные штуки, неотменяемые, формирующие бессмертное существо и великое множество вероятностей его следующего шага, происходят на такой глубине, куда руками не дотянешься, пощупать не выйдет, хоть об дно мировой бездны расшибись. А до доступной для ощупывания (а также ням-ням и бо-бо) поверхности добирается только эхо подлинных событий. И это, конечно, гораздо лучше, чем ничего. Просто не следует забывать, насколько это малая часть нашей подлинной жизни, которая настолько же наша, как, к примеру, сны, забытые из-за отсутствия техники пробуждения с сохранением непрерывности сознания, но изменившие нас в ничуть не меньшей (на самом деле, большей) степени, чем всё это бесконечное бо-бо и ням-ням наяву.

/предупреждая вопросы о том, что я имею в виду, когда говорю обо всём этом не пойми чём. я ничего пояснять не буду, на то оно непостижимое и неопределённое, чтобы быть по ту сторону слов. однако некоторое подобие первого шага к получению ответа можно сделать, если, к примеру, запереться в одиночку в тёмном месте и провести там сутки без единого гаджета. чо, социальноадаптированеннькие, слабо?/
шляпа

Вильнюс вотпрям сегодня

В последнее время мне стало казаться, что с фотографией - всё, прошло, окончательно и бесповоротно, ну то есть, можно конечно снимать дальше, но необязательно, потому что "я знаю, как и могу" совсем не равно "меня зажигает", а без этого зачем.
Камеру с собой я всё равно ношу, но только потому что новая гэшечка весит 200 граммов, карман не тянет, и я просто забываю её вынимать.

Однако сегодня выяснилось, что если зайти на четверговый ужупский рынок, набрать там всего да побольше, нагрузить две тряпичные сумки, повесить их на плечо, а в руки, чтобы мало не показалось, взять пластиковое ведёрко с малиной, окончательно ограничив таким образом свободу действий, и со всей этой хернёй попытаться взлететь, в смысле, пойти домой через Старый город, сразу таааак хочется поснимать! И это, и то, и ещё вон то, АААААААААА, дайте мне третью руку.
Третьей руки мне не выписали (что, возможно, к лучшему, по крайней мере, не придётся менять гардероб), но вместо неё у меня неукротимая воля, которая есличо удержит и ведёрко с малиной, и камеру, и сорванный ветром улетающий шарф. Ясно всё со мной, трудности меня возбуждают. Я долбаный экстремал.



Collapse )
чингизид

уменьшительно-ласкательное

Если регулярно ходишь на рынок, в кафе и по магазинам, очень быстро привыкаешь к уменьшительно-ласкательным суффиксам, в литовском языке их любят и умеют, а когда язык чужой, в нём всё звучит нормально, не раздражает.
Сегодня на рынке малину продавала русскоязычная бабушка. И резкий переход на родной язык без смены контекста (рынок-то всё тот же) исторг из моих уст феерическое: МАЛИНОЧКА ПОЧЁМОЧКИ?

Я щетаю, это был неоценимый вклад в... да во всё сразу.