December 12th, 2019

Заинька

смешное

Прислали вёрстку книжки "Не мешки" (это не сладкий фикшн, а такоэ, типа няпиздинга; кто распознал цитату, тот молодец). И вот за просмотром вёрстки меня натурально накрыло - какой же человек отличный этот автор! Хочу с ним дружить!

/Это не кокетство, а очень честное ощущение, потому что пишешь-то в одном состоянии сознания, а вёрстку смотришь совсем в другом, и понятно, что личность, подходящая для просмотра вёрстки, сильно попроще, но оценить чужие достоинства она всё-таки может, и хочет себе такого щастья захапать, ну и вот./

Однако по-настоящему хорошая новость заключается в том, что точки над буквами "ё" внезапно оставили (раньше всегда убирали). А я зануда, я люблю точность, мне нравится, когда "ё" - это "ё".
чингизид

Ни дня без Греттира

LXXX

Вот ложатся они вечером спать. Когда подошло к полуночи, Греттир стал очень метаться. Иллуги спросил, что его так беспокоит, и Греттир говорит, что у него заболела нога:

— И похоже, что она стала другого цвета.

Они зажгли свет и, развязав рану, увидели, что нога вся опухла и почернела, а рана открылась и стала хуже, чем сначала. Она очень болела, так что Греттир не мог найти себе места и во всю ночь не сомкнул глаз. Тогда он сказал:

— Мы должны быть готовы к тому, что этот мой недуг так просто не пройдет. Это колдовство, и, верно, старуха задумала отплатить за тот удар камнем.

Тогда Иллуги сказал:

— Говорил я тебе, что нечего ждать добра от этой старухи.

— Один конец! — говорит Греттир. И он сказал пять вис:

Острая сталь судьбы
В сшибке мечей вершила,
Когда за березовым срубом
Берсерков бил Греттир.
Пал от смертельной раны
Хьярранди, страж сражений,
Гуннар и Бьёрн — оба
Погибли в пурге Гёндуль.

Как-то дракона моря
К Дверным Островам, о Гримнир
Вьюги рыб ограды
Струга, направил Греттир.
Против меня храбрый
Торви повел воинов,
Вздумал наследник Вебранда
На бой Моина вызвать.

Хоть и собрал Торви
Многих себе в подмогу,
Встречей со скальдом воин
Своей не умножил славы.
В грохоте бранной стали
Я искалечил клена
Ливня стрел. Напоследок
Мне он коня оставил.

Все твердили, что Торфинн
В ратном бесстрашен деле.
Арнора сын грозился
Скоро со мной покончить.
Да не достало духу
Стойкому витязю выйти
Против Греттира. Впрочем,
И скальд не искал встречи.

Ньёрдов дождя копий
Я побеждал не однажды.
Часто спасала сила
От смерти меня верной.
Заклинаньями ныне
Скальда сломила колдунья,
Дряхлой старухи советы
Сильнее огня сечи.

— Теперь нам надо быть начеку, — сказал Греттир, — уж Торбьёрн Крючок позаботится со своими, чтобы на этом дело не кончилось. И хочу я, Шумила, чтобы ты сторожил с сего дня лестницу, а по вечерам подымал ее. Смотри, не подведи: многое от этого зависит. А предашь нас, не миновать тебе беды.

Шумила обещал не подвести. А погода становилась все хуже: подул сильный северо-восточный ветер и принес холод. Греттир каждый вечер спрашивал, поднята ли лестница. Шумила сказал:

— Какие сейчас могут быть люди! Или кому-нибудь так неймется лишить тебя жизни, что он захочет ради этого убивать и себя? Ведь в такую погоду сюда не доберешься. И ничего не осталось, по-моему, от твоего великого геройства, раз тебе кажется, будто нам всё угрожает смертью.

— Ты будешь вести себя хуже, чем любой из нас, когда настанет нужда, — сказал Греттир. — И уж придется тебе сторожить лестницу, хочешь ли ты этого или нет.

Они выгоняли Шумилу каждое утро, и тот держался очень строптиво. А рана у Греттира болела все сильнее, так что вся нога вспухла, и бедро стало гноиться и сверху и снизу, и рана захватила всю ногу, так что Греттир был уже близок к смерти. Иллуги день и ночь сидел у его постели, забыв и думать обо всем остальном. Пошла вторая неделя, как Греттир поранился.