December 13th, 2019

чингизид

Ни дня без Греттира

LXXXI

Торбьёрн Крючок сидел у себя в Лесном Заливе, досадуя, что ему все никак не одолеть Греттира. И когда прошла уже добрая неделя с тех пор, как старуха заколдовала корягу, она пришла к Торбьёрну и спросила, не думает ли он наведаться к Греттиру.

Торбьёрн сказал:

— Ни за что на свете. Или ты хочешь повидать его, матушка?

— Я не собираюсь к нему, — говорит старуха. — Но я послала ему подарочек и надеюсь, что он уже дошел до Греттира. И мой тебе совет: поезжай к нему, не тратя времени попусту, другого случая победить его у тебя уже не будет.

Торбьёрн отвечает:

— Столько раз я ездил на свою голову, что больше уж не поеду. Довольно и того, что в подобную непогоду туда не доберешься, какая бы ни была в том нужда.

Она отвечает:

— Совсем ты голову потерял, если ничего не можешь придумать. И снова я дам тебе совет. Ступай сперва — набери себе людей. Выезжай потом в Капищу, к зятю своему Халльдору, и спроси у него совета. И уж если мне подвластно здоровье Греттира, так трудно ли поверить, что подчинится мне и ветерок, что тут на днях разыгрался.

Торбьёрн подумал, что, может статься, старуха-то видит дальше, чем он предполагал. И он тотчас послал за соседями. Ответ не заставил себя долго ждать: никто из отдавших свою долю не желал хоть чем-нибудь помочь ему. Они говорили, что раз Торбьёрн взял себе их долю, пусть берет на себя и Греттира. Стейн с Междуречья дал ему двоих своих людей, брат его Хьяльти послал троих, а Эйрик из Боговых Долин — одного. Сам он взял из дому шестерых. Поехали они, числом двенадцать, с Лесного Залива к Капищу. Халльдор позвал их к себе домой и спросил, какие новости. Торбьёрн сказал все без обиняков. Халльдор спросил, чей это совет. Тот сказал, что его очень подбивает на это воспитательница.

— Это до добра не доведет, — сказал Халльдор, — потому что она колдунья, а колдовство теперь в запрете.

— Всего не предусмотришь, — говорит Торбьёрн. — Но теперь все так или иначе кончится, если это от меня будет зависеть. Только вот как мне добраться до этого острова?

— Вижу, — говорит Халльдор, — что ты на что-то очень полагаешься, да не знаю, хорошо ли это. Но если ты твердо стоишь на своем, ступай на Пастбищный Мыс, к Протокам, к моему другу Бьёрну. У него добрый корабль. Передай ему мою просьбу, чтобы он одолжил его тебе. Оттуда и плывите к Скале Острову. Но, по-моему, ваш поход ничего хорошего не обещает, если только Греттир жив-здоров. И знайте: победи вы его не в честном бою, у него найдется много родичей, готовых начать тяжбу. Не убивайте, если будет возможно, Иллуги. Но вижу я, что не христианское дело вы затеваете.

Халльдор дал им в поход шестерых мужей. Одного звали Кар, другого Торлейв, третьего Бранд. Остальные не были названы. Оттуда они поехали, числом восемнадцать, к Протокам и явились на хутор Пастбищный Мыс, и передали Бьёрну Халльдоровы слова. Тот сказал, что ради Халльдора он это сделает, а Торбьёрну, мол, он ничего не должен. Но и ему казалось, что это безумная затея, и он всячески их отговаривал. Они сказали, что теперь уже не повернут назад, пошли к морю и спустили корабль на воду. Были в корабельном сарае и все снасти. Снарядились они в плавание. Все стоявшие на берегу считали, что им не доплыть. Поднимают они паруса, и корабль стрелой полетел по фьорду. А только они вышли на глубину, как ветер затих и казался им ничуть не сильнее, чем нужно. Вечером, когда уже смеркалось, подошли они к Скале Острову.