Как объяснять картины железному волку (chingizid) wrote,
Как объяснять картины железному волку
chingizid

Category:

хейна_ради

так назывался файл с текстом,
написанным именно что Хейна ради.
Предисловие для книжки "Москва которой нет".



***

Люди, - казалось мне когда-то давно, в юности, - нужны, чтобы строить города. Города - вот подлинные обитатели этой планеты, по-настоящему живые и разумные, хоть и не совсем органические существа, а люди - что-то вроде полезных паразитов. Этакие жизнетворные бактерии, в симбиозе с которыми рождаются и растут города. Поэтому - пусть будут. Вернее, пусть мы будем.
И вот, поэтому мы - есть.

Я и теперь так думаю, если честно. По крайней мере, иногда, под настроение, а соответствующее настроение возникает, будьте покойны, стоит лишь выйти из дома на улицу и пойти куда глаза глядят, заблудиться, если повезет, в трех телеграфных столбах, от трех лучей фонарного света ослепнуть на миг, а потом вдруг обнаужить себя на центральной какой-нибудь площади. Стоишь там с круглыми от изумления очами и размякшим от нежности сердцем, как турист ошалевший.

Нет ничего лучше, чем почувствовать себя восторженным туристом в родном городе, это вам всякий скажет.

И это, к слову, очень правильное и полезное чувство, потому что никто толком не знает город, в котором живет. Невозможно постичь явление, которое больше, сложнее и глубже тебя самого, а город много больше, сложнее и глубже отдельно взятого горожанина, это, по-моему, очевидно. Многие, я знаю, думают, что поверхностного знакомства с достпримечательностями и умения ориентироваться в лабиринтах городского транспорта вполне достаточно; такие весь век проживут слепыми котятами в каменных своих мешках. Поэтому лучше сразу признаться себе в безграничном своем невежестве. Городам нравятся ничего не понимающие, сбитые с толку восторженные зрители; именно поэтому они берегут свои самые сладостные тайны для случайных гостей, транзитных пассажиров и досужих охотников за впечатлениями. Но и у старожилов есть шанс - надо просто трижды оглядеться по сторонам и произнести самое действенное магическое заклинание всех времен: "Я знаю, что ничего не знаю". И вот тогда-то...

Торнотон Уайлдер писал в романе "Теофил Норт" о городе Ньюпорте, что это - не один, а девять городов "местами взаимопроникающих, местами почти не связанных друг с другом и в разной степени прекрасных, волнующих, нелепых, заурядных". Ясное дело, не только чужой книжный Ньюпорт, но и город - это великое множество городов; собственно, почему бы не девять? Хорошее число.

Рассуждать в таком ключе о Москве - невыдуманной, знакомой, обжитой - легко и приятно.

Итак, первый город - это "столица нашей родины, город-герой Москва", место действия большинства советских кинофильмов и телевизионных программ, бездна, исторгающая из недр своих газеты, журналы и бесконечные решения-партии-в-жизнь. В этой Москве есть Кремль, Мавзолей с настоящей мумией, Дворец Съездов и прочая несносная демонстрация трудящихся. Это еще и сталинские высотки (и не только высотки) да широченные пространства Садового Кольца, где у некоторых приезжих случаются вполне оправданные приступы агорафобии. Это мороженое пломбир и крем-брюле, и еще - как оно называлось? - брикет, зажатый между двумя вафельными прямоугольниками; словом, московское мороженое, вкуснее которого нет, вернее, не было ничего для провинциальных детей, попадавших в Москву примерно раз в жизни, непременно на каникулах.
И прочая романтика.
Современная лужковская Москва - естественное продолжение этой истории. Уродливый, пафосный новодел, бесконечные проверки документов на улицах и в метро, фирменная московская ксенофобия, чиновничье хамство, улицы, заблаговременно перекрытые ради проезда очередного начальственного кортежа - все это вовсе не веяния новых времен, а тяжелые приступы старой, запущенной болезни. Боюсь, неизлечимой. Разве что, медицина в будущем научится творить чудеса.

Второй город - это Москва-для-иностранцев, матрьошка-балалайка, водка-икра, иконы-буденовки и прочая валютная царь-пушка, бессмысленная и беспощадная. Не знаю как сейчас, а лет десять назад эта бесстыдная коммерческая пародия на Москву еще благополучно существовала, мои тогдашние приятели-иностранцы тому свидетели; с их слов, собственно, и знаю, что все это вовсе не миф, а живая жизнь, хоть и нелегко в это поверить.

Третий город - это Москва-для-москвичей. То есть, нормальный обитаемый город, где ездят в троллейбусах и трамваях, здороваются с соседями во дворе, ходят в булочную на углу и в парикмахерскую "к Лиде", или "к Володе" - я имею в виду, что к своему, знакомому мастеру. Ходят за пенсией в ближайший Сбербанк, записываются на прием в поликлинику, знают некоторых продавцов на ближайшем рынке, дружат с мужиками из автосервиса, водят детей в детский сад, потом отдают в "приличную школу", выгуливают собак, ищут по всем окрестным дворам загулявших кошек. Это Москву я, человек, проживший там одиннадцать лет, почти не знаю, но боковым зрением вижу почти все время. Она, будете смеяться, вполне пригодна для жизни, но я так не умею, конечно.

Четвертый город - это Москва Больших Денег, один из самых дорогих городов мира, оплот нечеловеческой роскоши и запредельного шика. Арендная плата за жилье здесь заоблачно высока, зато и зарплаты, говорят, головокружительные. Поход в супермаркет за продуктами для скромного холостяцкого ужина в этой Москве влетает, как минимум, в сто баксов; о ценах на одежду и обувь не мне рассуждать. Потому что все равно совру, причем, скорее всего, занижу планку. Жить в этой Москве чрезвычайно утомительно, но многим, я знаю, нравится.
К слову сказать, таксисты, постерегающие приезжих у вокзалов и аэропортов - тайные эмиссары этой Москвы, их задача - подготовить неофита к встрече с Москвой Больших Денег, раздеть догола и, самое главное, подорвать боевой дух. Обходите их стороной, особенно по ночам, когда силы зла влавствуют безраздельно.

От алчных таксистов можно укрыться в пятом городе. Потому что существует еще и подземная Москва, исчерченная разноцветными линиями метрополитена, особый мир, раздробленный на пестрые лоскуты станций, между которыми - грохот и тьма. Первые несколько лет поездки на московском метро казались мне настоящим приключением; потом острота ощущений ушла, но всякий, кто ездил в московском метро наяву, рано или поздно начинает видеть его во сне, а это уже совсем другая история, которой здесь не место.

Шестой город - это Москва окраин. Москва столь огромна, что ее спальные районы - это действительно совершенно отдельный мир, почти иное измерение. Я знаю немало жителей окраин Москвы, которые нашли работу неподалеку от дома и теперь годами не показываются в центре. А когда все-таки выбираются, планируют поездку заранее, как будто в другой город собрались. И, оказавшись на каком-нибудь Новом Арбате с трудом находят дорогу к метро, отчаянно путаясь в воспоминаниях и приметах.

Седьмой город - это Москва, которую я знаю так хорошо и люблю настолько сильно, что даже определения подобрать не могу. Пусть будет просто Моя Москва. Это, строго говоря, не столько город, сколько архипелаг, великое множество крошечных островков невыносимого кайфа. Среди этих островков квартиры моих друзей, чайные клубы, кофейни, книжные магазины, безымянные лавки с благовониями, чердаки домов с привидениями, университетские корпуса, мастерские художников и многое, многое другое.

Восьмой город - это Москва вымышленная, то есть, Москва, описанная в книгах, показанная в кинофильмах. Москва Пушкна, Толстого, Булгакова, Ильфа-Петрова, Пелевина, Александрова, Данелии, Меньшова, Зельдовича - еще несколько сотен имен можно назвать, чтобы угодить всем читателям и зрителям, но мы этого делать не будем. Достаточно сказать, что Москва из книжек и кино куда реальнее той, по улицам которой мы ходим. Потому что всякий человек, как ни крути, живет в той реальности, в которую верит. А художественный образ, известное дело, куда убедительней, чем документальная правда. Так уж все устроено.

И, наконец, девятый город - Москва которой нет, тайный город руин и прорех. В клочья изодранный гобелен. Москва, которая еще недавно была, а теперь почти исчезла, только и осталось от нее, что призрак, который является по ночам некоторым горожанам. Не всем.

Проект «Москва, которой нет» - это своего рода спиритический сеанс, редкая возможность вглядеться в милые черты призрака и, чем черт не шутит, поговорить с ним. И даже понять ответы. Хотя бы некоторые. Потому что если не слышать время от времени его тихий голос, все остальное постепенно утратит всякий смысл и рухнет, как и положено всякому коллосу на глиняных ногах.


P.S.
Да, я знаю, что кого угодно могу заебать до полусмерти своим Уайлдером. Такой результат меня не устраивает, надо чтобы до смерти. Тренируюсь поэтому.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 19 comments