Category: мода

Category was added automatically. Read all entries about "мода".

чингизид

имидж

- Ты что, не высыпаешься? Выглядишь как мокрый котёнок.
- Я? Да я!.. - натягиваю капюшон чёрной куртки. - Я страшный-страшный назгул!
- Страшный мокрый назгульчик.

/история всей моей жизни, эх/
шляпа

Внезапно

Виленская уличная мода.

Обнаружилась папка с фотографиями, специально сделанными на осенней ярмарке, чтобы показать облик города как некоторую сумму обликов его жителей. Ясно, что ни один из представленных тут людей не является образцом "здесь все такие", потому что "все" у нас самые разные, как и везде. Но сумма, как видится мне сейчас, получилась довольно точная.
Смотрите, в общем, какие мы красивые

Collapse )

Чего бы мне очень хотелось, так это устроить сообщество про уличную моду разных городов. С качественными фото и безоценочными комментариями (или вовсе без них). Потому что интересно, как всё выглядит, а не кому оно нравится - не нравится.
Ну, то есть, без премодерации постов и жёсткой модерации комментариев не обойтись. А это время и внимание, которых и так не хватает.

Но может быть всё равно сделаю когда-нибудь, если пойму, что кроме меня есть ещё хотя бы десяток человек, которые будут этим заниматься. В смысле, коллекционировать уличную моду разных городов и показывать там.
И может быть лучше англоязычное. От 90% нежелательных реплик это нас автоматически избавит.

Что скажете?

P.S.
А за какого рода комментарии я буду банить без предупреждения, угадайте сами.
Ну правильно! :)
чингизид

Робин Good News

На самом деле, про разбой тут не будет ни слова. Робин в заголовке просто так, для красного словца.
С разбоем же в этом сезоне как-то не заладилось. Тише и смиренней меня нет нынче горожанина в Вильно. И даже сегодняшний налет на четверговый фермерский рынок Timo Turgus, который раз в неделю мерещится нам на границе Ужуписа и супа из репы начинался лихо - крайслер цвета безлунной ночи летел сквозь залитый дождем город со скоростью 40 км/ч (т.е., на десять кэмэче больше дозволенной знаками у Святой Анны) под лихое гиканье оперных арий - а закончился тихим обывательским обменом купюр на лукошки с ягодами. Крыжовник, черная, красная и белая смородина, малина, черника, оооооочень поздняя, до черноты доспевшая клубника и такая же поздняя, почти пьяная вишня. Ну и всякие глупости, которые вызывали у меня глубочайшее презрение в детстве, когда взрослые тащили их с Привоза вместо того, чтобы набрать еще пару ведер черешни и абрикосов: картошка, помидоры, зелень, чеснок, творог, сметана, домашний сыр. Теперь я покупаю их совершенно добровольно, наверное, это и есть быть взрослым, даааа?
Но ягод все же гораздо, гораздо больше. Я, наверное, лопну нынче же вечером, хей-хей-хей.

***

С другом А. посетили худшую фотовыставку в нашей жизни. Вот правда, настолько глупую и бездарную, что это уже не грустно, а смешно. На выставке мы провели минут пять, сдержанно хихикали, прикрываясь рукавами, зато на улице дали себе волю и заржали в голос, а потом пили кофе, досмеиваясь, благо у кофеинов есть теперь летняя будка прямо на Лукишской площади, на краю сквера. Отлично провели время, поэтому новость про плохую выставку все-таки хорошая, я думаю.
Тем более, что в галерее состоялся мой персональный триумф. Вот честное слово, не шучу. Ко мне там подошла прекрасная тетенька, сказала, что делает проект про уличную моду и стиль, спросила, можно ли меня для него сфотографировать.
У меня хватило ума отказаться, но было приятно, чо уж там.
Теперь я - икона стиля, можно начинать преклоняться (но аккуратно, а то малиной забрызгаю, чавкая).

***

А кошка чуть не поймала летучую мышь. Но бог миловал (обеих).
чингизид

плюс один

В Вильнюсе есть несколько персонажей, постоянно украшающих собой центр города; среди них особо выделяется Нарядная Дама. Она действительно всегда очень нарядная, выглядит так, словно живет среди театрального реквизита и одевается там же - необыкновенно живописно. Нарядная Дама гуляет по Старому Городу, иногда подходит к прохожим (не ко всем подряд, а к, можно сказать, избранным), предельно деликатно и без тени заискивания просит монетку. Которую, безусловно, заслуживает, поскольку улучшает нашу общую городскую жизнь.
О Нарядной Даме рассказывают, что она живет где-то в глухой провинции и каждый день ездит в Вильнюс на электричке показывать наряды - очень великодушно с ее стороны. Я все думаю, как здорово было бы ее выследить, когда она отправляется домой. Сесть на ту же электричку, выйти на той же станции (и обнаружить, что в том городке все такие, совершенно верно). Но склоняюсь к тому, что проще написать об этом рассказ - как-нибудь под настроение.
Еще рассказывают, что Нарядная Дама гуляла по Вильнюсу еще при советской власти и выглядела точно так же как сейчас - и наряды, и лицо, все те же элегантные "за пятьдесят". Тогда она просила у прохожих две копейки на телефон-автомат, чтобы не пришили попрошайничество. Выдающиеся ценители красоты всегда давали ей десятикопеечную монетку.
Я ее никогда не фотографирую из каких-то смутных, лично мне непонятных соображений. Но однажды Нарядная Дама все-таки попала в кадр - в прошлом году на празднике уличных музыкантов. Не знаю уместно ли тут слово "случайно", потому что я могу поклясться, что в кадре ее не было, а на карточке появилась. Ну или у меня просто к этому моменту крыша уже съехала на радостях. Зная себя, не удивлюсь.
Надо сказать, что в тот день Нарядная Дама была одета чрезвычайно скромно. То есть, очень мало слоев одежды было на ней по сравнению с обычными нарядами (возможно, в честь праздника), но приблизительное представление о ее облике получить можно:



И со спины, зато в полный рост:



***

Это было введение в контекст.
А теперь, собственно, история.

Сегодня Нарядная Дама встретилась мне на улице Пилес. Что само по себе обычное дело.
А примерно пять минут спустя, уже на улице Диджои мне встретилась еще одна Нарядная Дама. Одетая точно так же (то есть, в том же духе, вещи были другие, в цветовой гамме преобладали голубой и фиолетовый). И волосы у новой Нарядной Дамы были светло-русые, длинные, до попы.
Фотографировать ее мне не захотелось - все из тех же смутных соображений.

Хорошо бы их теперь становилось больше и больше с каждым днем. Когда наберется критическая масса, это окажет столь благотворное влияние на виленскую уличную моду, что у меня прям волосы дыбом от таких прекрасных перспектив.
чингизид

как всегда

За окнами по-драконьи фыркают воздушные шары, так близко, что кажется - вот-вот кто-нибудь застрянет в оконном проеме.

***

Возле студии стоят ветхие дровяные сараи в два этажа, на втором этаже целыми днями сидит на цепи и почти непрерывно лает собака-оборотень - ну, то есть, такого человеческого (не в каком-нибудь возвышенном смысле, а именно чертами похожего на человеческое) лица у собаки мне еще никогда видеть на приходилось.
На меня собака-оборотень лает другим тоном, тише, чем на всех, но требовательно и смотрит так, словно мы были знакомы в прошлой жизни, и теперь мой долг ее расколдовать.
Причем я даже знаю, на кого из знакомых покойников она похожа, но ничем не могу помочь.

***

За столиком одного из "Кофеинов" сидела пара: юная русалкообразная девица в модном прикиде и старушка, по виду не то нищенка, не то паломница, не то просто картошку на продажу привезла и вот уже неделю спит на возу, вперемешку с товаром.
Мне сперва показалось, это внучка-студентка выгуливает деревенскую бабушку. Прислушавшись, удалось разобрать кое-что из разговора и понять, что они незнакомы. Ну, думаю, совсем молодец студентка, благотворительностью занимается.
Такая картина мира была у меня до тех пор, пока бабка не достала из-за пазухи увесистый кошель и не отправилась к прилавку за следующей порцией напитков и бутербродов: кушай, деточка, кушай, не стесняйся, у меня еще деньги есть.

***

В минувшие выходные в Вильнюс откуда-то завезли много певучих-танцучих негров, построили им сцену на ступеньках ратуши, поставили скамейки для публики, вокруг установили лотки с провизией и прилавки с деревянными ложками-керамическими мисками, ну, все как положено, чтобы ярманка.
И вот идем мы с гостями по соответствующей улице, и я (потому что с гостями) вдруг вижу все это как бы глазами постороннего:
- на сцене сладостно поют и пляшут карибские (вроде бы) негры
- при этом задник у них - экран, на экране кружатся хороводы девиц в белорусских (!!!) национальных костюмах
- а между сценой и зрительскими скамьями под карибских негров аутентичненько пляшут люди разного возраста и пола в литовских национальных же костюмах
- на все это благодушно и сонно взирает многоликий виленский обыватель, под пивко нормально идет, чо.

Я очень часто ощущаю этот город как свой текст, но на сей раз текст принадлежал куда более мастеровитому абсурдисту. Автор сцены переиграл меня, как когда-то, в мои 16, меня постоянно переигрывал Хармс (и его последователи).
Почаще бы так, а.